«Пусть во всём признается, и мы его отпустим». На Кубани 90-летнему ветерану грозит срок из-за абсурдного обвинения в разврате

Эдуарду Ивановичу (имя изменено. — Прим. ред.) идет 91-й год. Он стоит в шлепках, домашних шортах и светлой рубашке возле калитки своего дома. За его спиной хлопочет супруга. Старик протягивает руку журналисту 93.RU Никите Зырянову, здоровается и представляется, ожидая того же в ответ. После этого говорит: «Приятно познакомиться». Хотя мы виделись с ним буквально несколько дней назад, но он об этом уже забыл.

Эдуард Иванович почти ничего не видит, имеет проблемы с памятью и аденому простаты. При всём этом сейчас его обвиняют по уголовной статье о развратных действиях в отношении группы несовершеннолетних, которых он даже не видел. Это началось после публикации ролика в социальных сетях. На кадрах — попытка престарелого человека с аденомой сходить в туалет на улице на отшибе станицы Динской Краснодарского края. Этого старик тоже не помнит.

Эдуард Иванович родился в семье поволжских немцев в 1934 году в селе Семеновка Саратовской области. Его отец — грек, а мама — этническая немка.

В 1941 году, когда началась Великая Отечественная война, семью репрессировали. Отца Эдуарда Ивановича отправили в трудовую армию под Иркутск. А шестилетнего Эдуарда вместе с шестью братьями, сестрами и мамой вывезли в Сибирь в «столыпинском вагоне» — в поле. Эдуарду и всем его братьям и сестрам удалось пережить войну, что впоследствии его дети и внуки будут называть не иначе как чудом.

«Семьи разделили и депортировали, потому что тогда нас считали „социально ненадежным народом“. Ну потому что мы немцы, от нас ожидали „возможного предательства“. Не помогло даже то, что мой отец еще в годы Гражданской войны работал в штабе РККА, а после — бухгалтером в трех колхозах. В 1941-м нам дали 12 часов на сборы. Что мама успела с собой взять, то и увезли», — рассказывает он.

Уже после Великой Отечественной отцу Эдуарда Ивановича разрешили вернуться к семье. А детям дали возможность получить образование. Да и в целом более-менее жизнь возвращалась в свое русло. Но до 1953 года два раза в месяц к семье наведывался комендант.

В 10-летнем возрасте Эдуард пошел в школу, отучился и поступил в институт, что для того времени было редкой удачей для представителя репрессированного населения.

«Уже после смерти Иосифа Сталина началась оттепель. В 20 лет я окончил школу, потому что поступил лишь после войны. В то время репрессированным в вузы поступить было тяжело. Это особо не афишировали. Просто не принимали. Помогло то, что я подружился с сыном главного коменданта района. Благодаря этому я смог получить паспорт и поступить в институт — педагогический. Единственное, что трудно давалось тогда, — это русский язык. С детства языка я не знал, тяжело было. А всё остальное хорошо шло, особенно физика», — рассказывает Эдуард Иванович.

На пятом курсе он встретил свою будущую супругу. А в 1962 году семья переехала в Краснодарский край.

«На малую родину жены поехали жить. У нее здесь, правда, никого не было. Ее родители погибли в войну, а сестра уехала в Казахстан. На Кубани мы работали учителями. Сначала в совхозе имени Максима Горького в Кавказском районе. Я как молодой специалист преподавал физику, а жена — русский язык.

В 1968-м семья уехала в Киргизию на год. Эдуард Иванович отравился парами ртути, он вспоминает: «Врачи посоветовали сменить климат». А в 1972 году они переехали в Казахстан — работать преподавателями уже в ПТУ.

«Туда нас позвала сестра жены. До 1977-го мы там жили, работали», — говорит Эдуард Иванович.

В 1977 году семье снова пришлось переехать.

«Тогда моя дочь Света, второй ребенок в семье, заболела сахарным диабетом. Врачи посоветовали сменить климат. Так мы оказались в Динской, где проработали до пенсии. Наши дети здесь отучились, создали семьи, обосновались. Это место мы называем своим домом», — говорит Эдуард Иванович.

В 1994 году Эдуарда Ивановича реабилитировали как жертву политических репрессий. Параллельно с этими событиями после развала СССР в стране сложилось непростое время. С полок магазинов пропали многие жизненно важные товары, в том числе и лекарства, а также «Б-инсулин», который необходим был дочери Эдуарда Свете.

«Тогда же всё рухнуло. Жизненно необходимые лекарства очень тяжело было достать. Практически невозможно. Так мы с женой приняли решение переехать в Германию. Мы там закупали инсулин и привозили Свете. Затем в России уже появился этот препарат. Наши дети решили перевезти нас обратно — на Кубань. Да и возраст уже был такой… С семьей всяко спокойнее», — делится он.

В 2013-м в семье случилось горе: приезжие убили внучку Эдуарда Ивановича в Краснодаре. Это племянница Светы, которая страдала от сахарного диабета. А спустя несколько дней не стало и самой Светы. Она умерла от горя.

«Тогда и эмоциональное состояние пошатнулось, здоровье… А в 2019 году мы с женой заразились коронавирусом. Все хронические заболевания просто рванули. Появилась забывчивость. Я уже и завещание писал», — говорит старик.

Его родственники рассказывают, что после перенесенного ковида и в силу возраста у Эдуарда Ивановича «появилась забывчивость». Он прекрасно помнит свое прошлое, но «забывает, что было 15 минут назад». Чтобы как-то тренировать когнитивные функции, внуки дают дедушке решать задачки по физике.

«Вы сейчас с ним поговорите, он забудет, как вас зовут, через пару часов. Он не помнит, как он со следователем говорил, не понимает, в чем вообще его обвиняют. У него каждый день — новый день. Вся эта история с обвинением выглядит как трагикомедия. Начал жизнь с репрессий и заканчивает с ними же», — говорит сын ветерана.

2 июля в паблике «Типичная Динская» появился пост, который опубликовали от лица девочки. Она вместе с компанией обвинила 90-летнего пенсионера в «удовлетворении своих потребностей».

На старика, которого сняли на видео подростки, тут же посыпался град проклятий и угроз. Вплоть до предложений «набить морду» и «выложить в паблике лицо мужчины».

Под постом опубликовано видео, снятое, как расскажет опрошенная следователями девочка, «метров с пяти». На самом же деле между пенсионером и группой молодых людей было не менее 18 метров.

Когда велась съемка, никто толком сказать не может. Старик просто ничего не помнит.

«О чем мы тут говорим. У моего отца катаракта обоих глаз. Один глаз видит на 2%, другой — около 10–12%. Уже 20 лет он страдает от аденомы предстательной железы. У него вторая стадия. Каждый поход в туалет — это мучение. Этот позыв бывает ложным, но настолько явным, что создается ощущение, что сейчас обмочишь портки. Не так давно он на моих глазах минут 10 мучался и не смог сходить в туалет. В марте ему ставили катетер мочевыводящий. Потому что он два месяца не мог полноценно сходить в туалет. Вы только подумайте: человеку 91-й год! Он одной ногой на пороге вечности».

11 июля домой к пенсионеру и его жене пришли два  человека и представились сотрудниками полиции. Они были не в форме. По словам жены Эдуарда Ивановича, разговор они начали со случаев мошенничества и предложили ей «подписать документ о проведении профилактической беседы».

«Ну пока мы разговаривали, вышел муж, говорит: „А я распишусь“. Ну эти люди начали спрашивать фамилию. А когда узнали, потребовали „проехать с ними“», — рассказывает его супруга.

Она сразу же позвонила сыну и попросила приехать.

«Если бы это были 90-е, я бы подумал, что приехали братки. То, что это сотрудники полиции, я понял, когда увидел лицо одного из них. Я узнал этого майора, потому что когда-то видел в избирательном участке. Ну они и говорят, что „дедушку надо доставить на допрос по приказу Следственного комитета“. Никаких документов никто, конечно же, не показал», — рассказывает сын Эдуарда Ивановича.

«Уже в Следственном комитете начался цирк. Мне прямым текстом сказали, мол, пусть ваш отец во всём признается, мы его отпустим. В чем должен признаться отец, мы тогда даже не знали. А потом его забрали часов на шесть. Я только видел, как он постоянно бегал в туалет. Уже потом нам показали это видео», — продолжает сын подозреваемого.

Уже тогда сын пенсионера пытался объяснить следователям, что Эдуард Иванович практически не видит и страдает от аденомы. Людей различает только на близком расстоянии и в виде «силуэта в тумане».

Так против 90-летнего пенсионера началась проверка, а в СК возбудили уголовное дело. И теперь ветерану образования может грозить лишение свободы от 5 до 12 лет за развратные действия без применения насилия. В деле — четверо потерпевших, а заявление написала мать одной из девочек.

Ролик, который теперь является вещдоком по этому делу, был записан фактически на окраине станицы. У моста через реку. Визуально это место выглядит заброшенным, к реке тыльной стороной спускаются участки жилых домов. На берегу — несколько старых пирсов, на которых по вечерам собираются подростки, а днем рыбачат местные.

Пересекает эту территорию тропинка, которую когда-то давно протоптали от улицы Ульянова (ведет на выезд из станицы), и выводит к болоту. Если простыми словами — окраина.

По этой тропинке несколько раз в неделю из дома до своего участка Эдуард Иванович «ходит кормить курей». Родственники пенсионера говорят, что «ходит и ходит». Мол, «кровь разгоняет да суставы разминает».

«Вот, видимо, в этот момент отцу и приспичило. Чтобы вы понимали, этот процесс у отца… это как корову доить, пока не сдоишь, она будет молоко давать. Простите за сравнение, но это так. Мы пытались на него подгузники надеть, но не получилось», — говорит сын Эдуарда Ивановича.

Сейчас 90-летний ветеран находится под подпиской о невыезде. Ему предъявлено обвинение по статье 135 УК РФ. Следователи в его действиях пытаются разглядеть умысел, а родственники ждут итогов судебной сексолого-психолого-психиатрической экспертизы.