Что стало с участниками жестокой расправы над инвалидом

Эта трагедия случилась шесть с половиной лет назад в небольшом уральском городе Березовском Свердловской области и поставила на уши буквально всю страну. В августе 2018 года компания подростков 13–16 лет до смерти избила за гаражами 20-летнего парня Дмитрия Рудакова, снимая весь процесс на видео. Когда это произошло, журналист E1.RU Полина Краснопевцева жила в Березовском. Ей было 14 лет, участники расправы были ее ровесниками, некоторых она знала лично. Вспоминаем эту историю глазами нашей коллеги и рассказываем, что сейчас с участниками тех событий. Во время расправы скандировали: «Россия, Россия» Вот факты, которые легли в основу уголовного дела. Днем 9 августа компания из пяти подростков слонялась по торговому центру «Центральный». Ребята распили баночки с алкогольными коктейлями и подошли к Дмитрию Рудакову (один из парней был с ним немного знаком). Они позвали его выпить пива и попросили купить сигареты, а потом предложили пройтись за гаражи. Там и случилась расправа. Ее спровоцировал один из парней, сказав другим, что Дима наркоман и с ним надо разобраться. Рудаков был инвалидом, внешне это проявлялось в нарушениях речи. Мама воспитывала его и младшего брата в одиночку после смерти мужа. По словам друзей Дмитрия, он был тихим и бесконфликтным, помогал по дому. Когда Диму начали бить, он не сопротивлялся, его заставили раздеться. Избиение подростки снимали на видео, оно и стало главным доказательством вины. На кадрах видно, как парня избивают ножкой от табурета и надевают ему на голову ведро. Во время расправы подростки скандировали: «Россия, Россия». Избитого инвалида бросили за гаражами и разбежались по домам. Он умер от травмы головы. Утром прохожие наткнулись на безжизненное тело. «Слово пацана» по-уральски Тех, кто это сделал, установили и задержали уже на следующий день. В компании было пятеро школьников: Богдан, Илья, Александр и Константин, а еще девочка Полина — самая младшая, ей было 13 лет. В текстовой расшифровке тех кадров можно найти несколько ее реплик. Во время расправы Полина предложила раздеть Диму Рудакова, а затем жаловалась, что испачкалась в крови. — У меня кроссовки все в этом. Не трогайте, пусть он лежит, — командует она, а потом обращается к несчастному избитому парню, — подожди, на меня смотри. Как тебе наркоманить? Больно? — спрашивала девочка. — На меня смотри, на меня. Ты наркоманил, честно? Дайте я пну. После задержания парней отправили под домашний арест, так как они уже достигли возраста уголовной ответственности. В городе начались волнения. Я родилась в Березовском и хорошо помню те события. Город у нас очень небольшой. Мы росли и взрослели в одно время с этой компанией подростков-убийц, одних из них я знала лично, других — через общих знакомых. Все пятеро были «парковскими» — так в Березовском звали подростков, часто гулявших в Парке Победы. Знала я и маму погибшего — она преподавала физкультуру в моей школе. Я училась у нее в начальных классах. Воспоминания уже стерлись, но мои родители всегда хорошо отзывались о ней как о педагоге. С теми, кто избивал Диму, мы были очень разными, и, признаться честно, я побаивалась их компанию, старалась обходить стороной, когда они тусовались в парке — а они там были почти каждый день. Курили, выпивали и забивали «стрелки» за гаражами. О них ходила дурная слава: что могут придраться и избить за одежду и внешность, за то, что не вписывался в их представления о том, каким надо быть. Один из них, Александр Кашников, был одноклассником моего друга. Тот рассказывал, что Саша был хулиганом: плохо учился и срывал уроки. Когда всё случилось с Димой, друг не удивился, сказал, что «это было ожидаемо». Все эти подростки походили друг на друга, они были шумными и неудобными. Мне кажется, что, чувствуя себя одиноко, они сбивались в большие компании, вместе выпивали и тусовались. Поведением они чем-то напоминали героев сериала «Слово пацана». Помню, об убийстве стали говорить лишь спустя девять дней — 18 августа. Новости стремительно распространялись по чатам. Еще несколько недель в городе разговаривали только об этом. Люди тогда вышли на стихийный митинг, администрация не успела согласовать акцию. Тогда все собрались ради сбора подписей, чтобы наказать убийц по всей строгости. И я там тоже была. Большинством собравшихся были женщины, многие с колясками. Говорили журналистам, что пришли, потому что боятся за собственных детей, если «парковские» избегут наказания или быстро выйдут на свободу. На удивление, поставить подписи пришли и многие из тех, кто за пару месяцев до трагедии гулял с этой компанией подростков. Никогда не забуду, как одна девочка, которая еще недавно тусовалась с теми, кто бил Диму, теперь рассказывала журналистам, какими ужасными и аморальными были те подростки. Дружеские отношения, конечно, не упоминала. Ей тогда было примерно 16 лет. Стоя лицом к телекамере, говорила, как много те пили и курили — а из заднего кармана ее облегающих джинсов торчала пачка сигарет. Никакими раскаяниями убитого не вернуть После стихийных митингов подросткам ужесточили статью: с 111-й (Тяжкие телесные повреждения, по неосторожности повлекшие смерть) — на суровую 105-ю (Убийство). Родители подсудимых добивались пересмотра дела, они были не согласны с переквалификацией. Удивительно, что все подростки были из нормальных, благополучных семей. Один из парней был сыном медиков, другие родители также работали на разных предприятиях. Вот еще момент: один из парней, расправившихся с Димой, незадолго до трагедии в гаражах сам был жестоко избит своими же приятелями. Травмы были очень серьезными, он попал в реанимацию. Агрессоров судили, дали сроки, а тот, кто был жертвой, вскоре сам стал убийцей. Такой вот круговорот жесткости в нашем маленьком городе. Все подсудимые получили самые жесткие сроки для своего возраста. Одному из парней дали девять лет и девять месяцев воспитательной колонии. Второго подростка приговорили к девяти годам. Третьему назначили восемь лет и восемь месяцев, четвертому — восемь лет и шесть месяцев. Когда видео избиения включали в суде, почти все нападавшие отказывались смотреть на то, что они творили, и прятались в коридоре за спинами родителей. Только один из них полностью признал в суде свою вину и не вышел из зала, когда показывали видеозаписи. Константин извинялся перед матерью погибшего и плакал. Прощения у матери Димы просили все, но никакими раскаяниями убитого не вернуть. Верховный суд отказал родителям в пересмотре дела, приговор остался в силе. Через несколько часов, получив отказ, от сердечного приступа скончался отец одного из подростков. Никакого серьезного наказания не понесла лишь девочка, которой тогда было 13 лет. В силу возраста она проходила по делу свидетелем. Полину отправили в Куртамышское специально-воспитательное учреждение закрытого типа в Курганской области. Там она окончила девять классов и вернулась домой. Остальных увезли в Кировградскую колонию для несовершеннолетних. Насколько мы знаем, там все участники этой истории вели себя тихо, режима не нарушали: учились, работали. Один из подростков, Костя Кудленок, очень неплохо учился, он оказался очень способным к точным наукам. На воле он был самым проблемным из всей компании, не раз сбегал из дома, когда состоял на учете в ПДН, не ходил в школу, а на момент убийства вообще находился под следствием за угон. Мама воспитывала его одна. Как говорили учителя, она старалась как могла: сидела с ним на уроках, приводила в школу, чтобы не сбежал, и всё же не справилась. Жесткая дисциплина в колонии и хорошие учителя сделали свое дело — но уже после того, как случилась непоправимая история с Димой Рудаковым. Хоронили как героев По достижении 18 лет всех осужденных отправили во взрослую колонию. Оттуда двое из них, Константин Кудленок и Александр Кашников, в 2023 году отправились на СВО. Через месяц оба они погибли. С 19-летним Александром простились 22 августа как с героем в родном городе — там, где когда-то проводили митинги и на эмоциях обещали участникам расправы: если они останутся в Березовском, жизни им тут не будет. Темные страницы биографии погибшего в траурной речи решили не оглашать. Представители городской власти произносили торжественные слова, а родные вспоминали хорошее: каким Сашу помнили в детстве. Мама, тетя и дедушка Александра были медиками, да и он пошел на спецоперацию как представитель самой гуманной профессии. На медбрата выучился в колонии. Всё перевернулось: будучи подростком, он отнял жизнь у человека, а в 19 лет погиб, когда выносил раненого с поля боя. — В последний раз он звонил из учебки, сказал, что отправляют на задание, и больше не вышел на связь, — рассказывала E1.RU мама Александра Кашникова. — О том, что он погиб, мы узнали от его сослуживцев в госпитале. 20-летнего Константина Кудленка похоронили 8 марта 2023 года в пензенском поселке, куда его мама переехала вскоре после суда. Константин был старшим в той компании и получил самый большой срок. На СВО он отправился в составе ЧВК «Вагнер». Хоронили его также с почестями: под звуки оркестра и оружейные залпы. Еще двое участников расправы продолжают отбывать сроки. «Нужны деньги на Porsche» Той самой девочке, которая избежала наказания, сейчас 20 лет, она живет обычной жизнью и любит демонстрировать ее в социальных сетях. Правда, Полина нигде не подписывается настоящей фамилией и даже лишний раз не указывает имени. Из ее социальных сетей известно, что некоторое время назад мама девочки, запомнившаяся громкими выступлениями в защиту дочери, умерла от рака. Полина в своей компании была из самой обеспеченной семьи: ее родители занимались бизнесом. Мать девочки в Березовском знали как наставника по личностному росту, она обещала исполнить мечты и научить, как добиваться своей цели — при этом с дочкой явно были проблемы. Еще до расправы над Димой Рудаковым она стояла на учете в подразделении по делам несовершеннолетних. По данным 66.RU, школьница попала в поле зрения полиции из-за кражи пяти пар кроссовок. В 2024 году Полина вместе с подругой основала в Екатеринбурге бизнес по быстрым фотосъемкам. Девушка и сама любит красоваться перед камерой. Общаться с E1.RU Полина отказалась и после звонка корреспондента сразу же закрыла свои соцсети от посторонних. «Прошло столько времени, история забылась» За эти шесть лет Березовский сильно изменился. Он развивается, застраивается, прирастает новыми улицами, пополняется новыми жителями. В парке больше не видно компаний подростков, которые слоняются без дела, открыто распивая алкоголь. Как сейчас живет город? Помнят ли там про трагедию? Рассказывают ли школьникам об этой страшной истории, чтобы вызвать отвращение к жестокости и стадному чувству, и показать, к каким страшным и необратимым последствиям они могут привести? Об этом мы поговорили с коренным жителем Березовского, главным редактором местной газеты «Золотая горка» Дмитрием Коршуновым. — Прошло столько времени, история забылась, случились уже другие трагедии, которые ее перекрыли. Слава богу, не у нас в городе. Молния не ударяет один раз в одно и то же место, по крайней мере, в течение какого-то времени. Недавно меня приглашали на встречу с восьмиклассниками, им как раз по 14 лет. Никто из них не знает о трагедии, произошедшей с Димой Рудаковым, — поделился наш собеседник. И всё же нельзя быть уверенным, что теперь всё стало замечательно. — Агрессия в подростках также присутствует, и тусят они точно так же, только уже в торговых центрах, — говорит Дмитрий. — То есть отчасти ситуация, на мой взгляд, не поменялась. Агрессия была вообще всегда. Пару лет назад просматривал архивы газеты и увидел, что с десяток лет назад, еще до убийства Рудакова, была история: группа подростков в нашем городе жестоко избила мужчину на улице Гагарина. Потом была история с сыном сотрудницы администрации, его убили за кроссовки в Парке Победы. И всё это повторяется через какое-то время. И всё-таки Дмитрий считает, что перемены к лучшему есть: — Сейчас у нас в городе сотни ребят задействованы в волонтерстве, в кружках, клубах, занимаются там с психологом, приходят, играют в какие-то игры, квизы и прочее. Меня радует, что это активно продвигается и вызывает интерес у молодежи. Хочется верить, что эти ребята не оступятся, потому что они уже увидели другие возможности и другой уровень жизни. «Еще не было дня, чтобы я его не вспоминала» Мама Дмитрия Рудакова продолжает жить в Березовском. Елена болезненно приняла новость, что убийцу ее сына хоронили в городе с почестями, «забыв» о том, что он совершил. — Я с самого начала говорила, что всем воздастся по заслугам. Не скажу, что мне легче стало после его гибели, я не злорадствую. Мне всё равно, живой он или не живой. Мне сына уже не вернуть, — говорила нам мама Димы в августе 2023 года, после похорон Александра Кашникова. Елена Рудакова работает в детском лагере спортивным работником. Она — активист общественной патриотической организации «Женская гвардия укрепления тыла» (ЖГУТ). Собирают гуманитарную помощь на СВО, на занятиях учатся оказывать первую медпомощь и стрелять, осваивают навыки самообороны. В ЖГУТе Елена обрела поддержку от женщин в похожей жизненной ситуации — у многих из них на СВО погибли мужья и сыновья. По решению суда осужденные должны были выплатить матери Димы пять миллионов рублей компенсации. По ее словам, никто уже ничего давно не выплачивает. — Сначала были какие-то там копейки, а потом и вовсе перестали приходить. Я уже не интересуюсь. Прошло много времени, да и не в деньгах счастье. Бог им судья, — говорит нам Елена. Диминому брату 14 лет, он увлечен волейболом. Каждый месяц мама приезжает на кладбище к старшему сыну. — Еще не было дня, чтобы я его не вспоминала. Посвящаю себя второму сыну, больше у меня никого нет. Он очень скучает. Дима был его нянькой, мы все были очень близки, дружны, всегда рядышком. Когда не стало Димы, младший поставил у себя в комнате его портрет. Так и стоит до сих пор, — делится Елена. В день рождения Димы она публикует у себя на страницах в соцсетях снимки из семейного архива, рассказывая, сколько лет могло бы сегодня исполниться сыну. Под фото стихи, посвященные ему: «Наш Димочка… 6 лет, как тебя с нами нет, и осталась лишь светлая память». Все публикации об этой страшной истории мы собираем в специальном сюжете. * Соцсеть запрещена на территории РФ.