Жить заново: Елена Малышева помогает с реабилитацией фельдшеру, которого сбила сотрудница ФСБ и бросила жена

32-летний фельдшер скорой помощи Илья Онянов из Челябинска прошлой весной в одночасье стал лежачим инвалидом. По пути на работу его сбила сотрудница ФСБ. Пострадавший медик впал в кому, и врачи готовили его родных к худшему — шансы выжить были невысоки. Но Илья выкарабкался и пришел в себя. Сейчас он заново учится делать простые вещи, например говорить или улыбаться. Это дается нелегко: ДТП подорвало не только здоровье Ильи, но и семью — жена отказалась, вся забота о нём легла на плечи матери Елены Корякиной. Ежемесячно бедная женщина оплачивает кучу счетов: от покупки лекарств до работы массажиста, логопеда и сиделки. Недавно об этой истории узнала телеведущая Первого канала и врач Елена Малышева — она помогла пострадавшему коллеге добиться бесплатной реабилитации в больнице. Суд да дело сотрудницы ФСБ Утром 22 мая 2020 года Илья Онянов шел на смену в больницу. Обогнув 10-этажку в спальном районе, где он жил, фельдшер скорой помощи по пешеходному переходу направился к остановке. Но, сделав буквально пару шагов по проезжей части, Илья оказался под колесами Subaru Forester. За рулем машины была 41-летняя сотрудница местного управления ФСБ Марина Гладских. Инспекторам ГИБДД она заявила, что просто не увидела пешехода, который якобы выскочил из-за попутной машины. Мама сбитого медика Елена Корякина вспоминает, что накануне аварии сын был сильно измотан — он трудился на двух работах и из-за усталости буквально спал на ходу. Но в том, что его сбила машина, женщина винит автомобилистку. К такому выводу она пришла, посмотрев видеозапись момента ДТП. — Когда Илья пошел, у обочины стояла маршрутка. Илья посмотрел в ту сторону, откуда идут машины. Это было видно на записи камеры видеонаблюдения, мне у следователя ее показывали, — уточняет мама пострадавшего. — Илья остановился на краю дороги — идут машины. Он посмотрел [по сторонам], машины начали потихоньку притормаживать. Притормозила и маршрутка. Илья пошел — на одной полосе стояла маршрутка, на другой какая-то машина, и Гладских в этот карман между ними пролезла. Неслась, даже скорость не сбавляя. С тяжелыми травмами Илью госпитализировали. В машине скорой помощи он впал в кому. В реанимации медик пробыл около месяца. Сейчас Илья Онянов — инвалид I группы, у него серьезные психические, языковые, поведенческие и другие нарушения. Из здорового молодого мужчины, востребованного медика он превратился в беспомощного инвалида. В отношении сотрудницы ФСБ возбудили уголовное дело по части 1 статьи 264 УК РФ (нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека). Ей грозило до двух лет лишения свободы. Но наказания за аварию Марина Гладских избежала — Челябинский гарнизонный военный суд прекратил это уголовное дело в связи с примирением сторон. Матери и жене Ильи Онянова виновница аварии выплатила по 300 тысяч рублей и пообещала не бросать помощь медику. Елена Корякина говорит, что зла на виновницу ДТП сейчас не держит и простила ее, еще когда сын был без сознания в больнице, — лишь бы та помогла поднять Илью на ноги. Из этих же соображений подписывали мировое соглашение о небольшой компенсации. Сама Марина Гладских решение суда не комментирует, объясняя, что руководство запретило ей разговаривать с представителями СМИ. — Пишут, что якобы нас запугали. Ничего такого! Кто там может запугать? — говорит мать сбитого фельдшера. — Марина пришла к Илье в больницу. Она долго извинялась, стояла на коленях. По этому поводу она прям очень переживает, мучается, всё время плачет. Еще в больнице она начала нам помогать: памперсы, пеленки, всё, что нужно было. И она сразу сказала, что не оставит Илью без помощи, какой бы ни был исход суда. От того, что ее посадят, толку нет — ее и не посадят, у нее двое малолетних детей. А Илье реальная помощь нужна. У него очень тяжелая травма головы. Его восстанавливать и восстанавливать надо. Но раз такое произошло, что уж поделать? Теперь только его поднимать на ноги. От того, что мы виновницу аварии уволим с работы, дадим судимость, Илья же не встанет, не побежит, не заговорит. «Сын 12 лет с работы не вылезал» Прошлой осенью Илье оформили инвалидность. Сейчас Елена Корякина практически круглые сутки не отходит от сына и оставляет его под присмотром сиделки лишь четыре дня в неделю, когда уходит на работу. Она работает продавцом в хлебном отделе, небольшая зарплата полностью уходит на содержание Ильи. Ежемесячно за лекарства, средства гигиены, работу массажиста-реабилитолога, логопеда, сиделки у нее набегает до 70 тысяч рублей. Компенсация, полученная от виновницы аварии Марины Гладских, тает на глазах. Благодаря ежедневным занятиям со специалистами у медика уже наметился прогресс — он начал улыбаться, двигаться и узнавать окружающих. — Илья начал издавать звуки, смеется в голос. А на днях в первый раз сказал букву «а». Правда, шепотом. И это он сделал осознанно прямо два раза — выдавил «а», — радостно делится с нами достижениями сына Елена Корякина. Месяц назад маму Ильи пригласил на встречу министр здравоохранения Челябинской области Юрий Семёнов. Это произошло после того, как на связь с ней вышла руководитель московского медцентра и телеведущая Елена Малышева. — Спасибо, конечно, что она с мертвой точки дело сдвинула. Она про нас, видимо, узнала из СМИ после моего интервью. Говорит, что наша история ее очень заинтересовала. Видимо, повлияло еще и то, что Илья — медик, — рассказывает Елена Корякина. Телеведущая Елена Малышева свой вклад в реабилитацию Ильи Онянова называет очень небольшим. — У этого парня прекрасная мама. Она борется за него всеми силами, — подчеркивает Елена Малышева. — Он медик, наш коллега. Поэтому, когда о случившемся я рассказала главе департамента здравоохранения, он сразу подключился и начал помогать. Кроме того, мы подключили Фонд социального страхования. Я хочу подчеркнуть, что и до меня все помогали чем могли. Мы своих не бросаем. Мать Ильи Онянова уточнила, что на встрече в Минздраве ей пообещали найти для сына подходящую клинику для реабилитации. — Я пришла [в Минздрав], министр говорит: «Давайте будем думать, куда и как [госпитализировать], что с ним делать дальше». Сказал, что Илье будут искать клинику по его профилю. Как уж это дальше всё будет, не знаю. Думаю, что помогут. Илья ведь тоже к медицине отношение имел, 12 лет проработал, спасал людей и с работы не вылезал. Теперь к нему и врачи из нашей поликлиники начали приходить, — говорит Елена Корякина. В пресс-службе Минздрава Челябинской области подтвердили: Ильей займутся местные специалисты. На днях его доставили в челябинскую больницу, где пострадавшему медику предстоит пройти первый бесплатный курс лечения. — Пациенту будет продолжен курс реабилитации. Разработан план поэтапного восстановительного лечения, — прокомментировали в Министерстве здравоохранения. Мама Ильи надеется найти для него домашний вертикализатор. Это устройство позволяет ставить инвалидов на ноги для профилактики легочной и почечной недостаточности, пролежней, остеопороза и депрессии. Все эти негативные последствия развиваются из-за длительного пребывания сидя и лежа. Но пока поиски Елены не увенчались успехом. — Этот аппарат очень дорого стоит. Я уже всё «Авито» прошерстила, звонила по «Медтехникам». Есть в Москве завод, который сделает его прямо под рост Ильи. Но самый дешевый такой вертикализатор стоит от 70 тысяч рублей. Мне этого не потянуть, — говорит Елена. «Жена не была у Ильи с зимы» У Ильи Онянова есть жена и пятилетняя дочь. Но супруга, с которой он прожил в браке семь лет, не навещает его с зимы и не приводит к нему ребенка. Елена Корякина утверждает, что невестка при этом не отдает документы и вещи Ильи. В конце апреля в суде стартовал бракоразводный процесс пострадавшего фельдшера и раздел его имущества с женой. — [Жена Ильи] ссылается [в суде] на то, что это я ее [к себе] не пускаю, — возмущается Елена Корякина. — Она в последний раз была в январе, когда Илье нужно было ставить уколы. Она поставила ему укол, ушла, мы стали с массажистом Илью переворачивать после этого, а у него в кровати стекла от ампулы. Мы все ими изрезались. И тут же она мне написала СМС: «Ищи себе медсестру ставить уколы, я ходить больше не буду». Ее никто отсюда не выставлял, как она сейчас это представляет. Говорит, что боится к нам ходить и что я чуть ли не монстр. Такая ерунда! Я считаю, что Илья жене просто не нужен, она от него отказалась. Больше у меня слов нет, как это можно объяснить. Мать медика уточнила, что в суде ее невестка попросила три месяца отсрочки на размышления. — Раньше [жена Ильи] говорила, что будет подавать на развод. Потом [в суде заявила]: «Я не собираюсь разводиться», — недоумевает Елена Корякина. — Обвинили меня в суде в том, что я хочу завладеть средствами Ильи и нецелесообразно их потратить. Наверное, это говорит о том, что они представления не имеют, что это такое — [ухаживать] за лежачим инвалидом. Адвокат его жены говорит: «Вот у них семья». Но где эта семья сейчас? Хоть бы одни сутки с ним провели, поворочали бы его, чтобы пролежней не было. Он ведь нелегкий — килограммов 65–70 сейчас весит. Его же надо постоянно переворачивать, он не должен лежать просто так весь день. Покормить его надо, помыть, позаниматься с ним. Ему надо постоянно уделять время. Он же не бесчувственный чурбан — живой человек лежит. Мы предложили жене Ильи Онянова возможность высказаться об этой ситуации с мужем. В ответ она прислала такое сообщение: — Дело находится на рассмотрении в суде, — написала Елена Онянова. — После вступления решения в законную силу я дам комментарии. А до этого момента и вам не советую вмешиваться в правосудие и пытаться повлиять на решение суда. За любое вмешательство, клевету или оскорбление последует ответственность — гражданская, административная или уголовная. До этого супруга пострадавшего фельдшера заявляла, что не будет общаться с журналистами ни в какой форме. Пока же единственные, кто кроме родных и реабилитологов навещает Илью, — его коллеги. О его состоянии они узнали лишь этой зимой. — Коллеги Ильи говорят, что вообще не знали, что с ним сейчас и где он: его жена никому не отвечала и заявляла, что ему ничем не нужно помогать. Вот какие у человека тараканы в голове? — задается вопросом Елена Корякина. — Коллеги узнали, что Илья у меня, уже когда я позвонила в диспетчерскую на подстанцию, где он работал. Мне нужно было уточнить данные у них. И так тогда с девушкой-диспетчером разговорились. Она говорит: «Мы так переживаем и не знаем, что с ним и как он». Тогда-то коллеги и начали приезжать. Они довольно часто проведывают его. Я ведь ни от кого двери не закрываю. Илья так рад, что к нему коллеги приходят! Он же всех их узнает. Мать пострадавшего парня не отчаивается и подает сыну положительный пример. — Я ему всегда говорю: «Илья, у нас с тобой всё будет хорошо. Ты мне веришь?» Он моргает: «Да». Я его всё равно поставлю на ноги. В любом случае. Хоть как. И он будет ходить. У нас запланировано, что к лету мы будем вставать уже на ноги, а летом папа приедет [из другого региона], и мы поедем к нему на свежий воздух, — рассказала о планах мать Ильи Онянова.