Здоровье Записки из суда над Урлашовым

Записки из суда над Урлашовым

Наш обозреватель продолжает рассказывать о процессе над Евгением Урлашовым. На этот раз Петр Стряхилев рассказывает о том, как начался допрос свидетелей.

«Первой встать за свидетельскую кафедру пришлось директору Департамента финансов мэрии города Ярославля Наталье Чуркиной. Впрочем, ничего из того, что могло пролить свет на обстоятельства рассматриваемого дела, она сообщить не смогла. Даже если бы захотела.

Дело в том, что в период, который интересовал сначала следствие, а теперь и суд, Наталья Владимировна занимала в департаменте пост первого заместителя директора. А именно с июля 2012 года по декабрь 2013 года (если я правильно воспринял эти сведения на слух).

При этом вопросы финансирования расходов в сфере ЖКХ Наталья Чуркина вообще не курировала. Поэтому контактов ни с заказчиком («Агентством муниципального заказа ЖКХ», которое возглавлял ранее осужденный Максим Пойкалайнен), ни с представителями подрядчика (ООО «Радострой») у нее в принципе быть не могло. Она с ними вообще не знакома. Указаний от подсудимых она не получала и получать не могла.

Кроме того, в соответствии с установленным порядком, департамент финансов взаимодействует только с главными распорядителями бюджетных средств. В рассматриваемом случае это департамент городского хозяйства мэрии города Ярославля.

Допрос первого свидетеля обвинения де-факто превратился в допрос специалиста. Наталья Чуркина поясняла суду: структуру департамента, алгоритм прохождения документов, регламенты работы с получателями бюджетных средств, комментировала по просьбе защиты служебные отметки на муниципальном контракте... но в общих чертах. Так сказать, в порядке ликвидации пробелов в знаниях некоторых участников судебного заседания.

Но, пожалуй, главное, что отметила Наталья Владимировна, отвечая на вопросы председательствующего, обвинителя, подсудимых Донскова и Урлашова, а также их защитников, состоит в следующем: руководство и сотрудники департамента финансов не вправе выполнять указания, которые шли бы вразрез с законодательством и порядком, установленным внутренними регламентами мэрии. От кого бы такие указания ни исходили.

В противном случае городских финансистов не спасли бы никакие приказы, поступающие от вышестоящего руководства. Это все равно были бы их собственные проступки или преступления. А стало быть, возникали бы и самостоятельные основания для привлечения соответствующих сотрудников департамента к персональной ответственности. Дисциплинарной, административной или даже уголовной.

Если совсем коротко: а оно им надо?

Замечу, что со всеми повторами и уточнениями допрос Натальи Владимировны занял не более получаса.

Возможно, дольше пришлось бы говорить бывшему директору департамента финансов мэрии Сергею Евгеньевичу Хахину, если бы он был вызван в качестве свидетеля. Он-то как раз непосредственно подчинялся мэру города Ярославля Евгению Робертовичу Урлашову. Вплоть до самого ареста последнего. Рискну предположить, что Хахину, в отличие от Чуркиной, хоть что-то может быть известно по делу.

Однако с допросом Хахина есть некоторые затруднения: он еще в ноябре 2014 года написал явку с повинной, после чего стал фигурантом уголовного дела, возбужденного региональным управлением ФСБ России. Отмечу, что к этому времени сегодняшние подсудимые уже более двух лет содержались под стражей.

В том же ноябре Сергей Евгеньевич уволился из мэрии по собственной инициативе. А через восемь месяцев он был осужден все тем же Кировским районным судом за покушение на мошенничество в особо крупном размере. Приговор: два года лишения свободы с содержанием в колонии общего режима.

Впрочем, вызов такого свидетеля – вещь вполне осуществимая. Ведь с установлением адреса его места жительства в ближайшие месяцы (по печальным для Сергея Хахина причинам) проблем быть не должно. Кроме того, в XXI веке в российской судебной практике довольно часто используется режим видеоконференции.

Планируется ли в будущем допрос бывшего главного финансиста города? Мне об этом неизвестно. В «моем» списке свидетелей его фамилия не значится.

Загадочный «Радострой»

После продолжительных раздумий я решил посвятить часть своих судебных заметок истории появления ООО »Радострой« на заснеженных берегах ярославских улиц. «Радострой» летнего периода, видимо, придется изучать отдельно. И так слишком длинно получается.

Подчеркну, что источником почти всего, что напечатано ниже, являются показания заместителя мэра – директора департамента городского хозяйства Николая Дмитриевича Степанова, некоторые дополнения подсудимых, а также собственные размышления.

Вопросы, заданные участниками процесса, и ответы Николая Степанова в основном касались взаимоотношений сотрудников мэрии Ярославля и потерпевшего Шмелева. Эти взаимоотношения, а также аспекты исполнения муниципального контракта между «Агентством по муниципальному заказу ЖКХ» и ООО «Радострой» заняли основное время допроса, поэтому о них я решил рассказать особо.

Все, как вы понимаете, началось с того, что три года назад электронный аукцион на право заключения муниципального контракта по содержанию улично-дорожной сети (в первом полугодии 2013 года) выиграло ООО «Радострой». На тот момент мало кому известное. Это обстоятельство, как пояснил суду Николай Степанов, его немало удивило. Ведь по должности он должен быть осведомлен о всех более или менее заметных участниках рынка ЖКХ.

Между тем о предприятии-победителе аукциона несомненно было известно лишь одно – его владелец два месяца назад стал депутатом муниципалитета города Ярославля...

Предварительных переговоров с потенциальными подрядчиками в норме не ведется, заверил Николай Дмитриевич: «В этом просто нет смысла: организации участвуют в электронных торгах в обезличенном виде».

Руководство города смутило другое: на момент заключения муниципального контракта у ООО «Радострой» собственной специальной техники не имелось и, судя по всему, организация собиралась выполнять все работы исключительно силами субподрядчиков.

Вместе с тем в «Радострое» дали понять, что все ключевые вопросы деятельности организации решает владелец – Сергей Вениаминович Шмелев. А его почти до конца второй декады декабря просто не было в городе. «Это вызывало у нас обоснованные сомнения в способности нового подрядчика наладить работу, – рассказал Степанов. – Но тем не менее договоры с субподрядчиками были своевременно заключены, и с 1 января работа началась.

Другое дело, что договор с одним из наиболее оснащенных и подготовленных субподрядчиков – ОАО «Спецавтохозяйство по уборке города» (далее САХ) – был заключен на кабальных условиях: 22% от оплаты произведенных работ «Радострой» оставлял себе.

В иное время процент генподрядчика по аналогичным работам составлял 6–8%, сейчас поддерживается уровень в 11,5%. Свыше 20% – это скандально высокий показатель.

«У САХа тогда не было выбора, поскольку варианта было два: либо соглашаться с позицией "Радостроя", либо банкротить муниципальное ОАО, – заметил Степанов. – А на тот момент в спецавтохозяйстве было занято 500 человек».

Кроме известных, был привлечен и ряд новых субподрядчиков, в том числе не готовых справляться такими объемами работ. Работу на Среднем Нижнем поселке одна из таких организаций провалила практически сразу. И субподрядчик сменился.

Договор с субподрядчиком ООО «Ландшафтный центр "Ярославские газоны"», который отвечал за содержание улично-дорожной сети Ленинского района, был расторгнут позже, а генеральный подрядчик сам стал заниматься уборкой дорог от снега в этом районе.

Субподрядчик, обслуживающий Дзержинский район, – Государственное предприятие Ярославской области «Ярдормост», почти сразу уведомил руководство города, что ООО «Радострой» задерживает оплату выполненных работ или не оплачивает их вовсе. К апрелю 2013 года конфликт между «Радостроем» и «Ярдормостом» стал неразрешимым. Итог все тот же: договор расторгнут, а генподрядчик начал работу своими силами.

Претензий к «Радострою» с самого начала было много, подчеркнул Степанов. Более того, уже в январе мэр Ярославля был вынужден обратиться за помощью к бизнес-сообществу. И от 15 до 20 организаций и индивидуальных предпринимателей практически ежедневно выделяли технику, помогая убирать город.

«Выделяли бесплатно, – подчеркнул заместитель мэра. – Ситуация была близкой к критической, но по закону мы все равно не смогли бы им заплатить».

В марте накануне сильных снегопадов городу «подставило плечо» правительство области. Причем «плечо» было многокилометровым: председатель ПЯО Александр Львович Князьков распорядился перебросить в областной центр технику из соседних муниципальных образований... В общем, все работали. Многие по ночам.

Также со слов Степанова мы узнали, что в первом квартале 2013 года руководителями города несколько раз обсуждался вопрос о прекращении отношений с генподрядчиком, однако все понимали, что тогда как минимум два месяца законного варианта уборки города не будет совсем.

Добавлю здесь от себя, что, слушая Николая Дмитриевича, я пытался анализировать поведение «Радостроя» при «входе» на рынок ЖКХ Ярославля.

Довольно рискованное, надо признать. Шаги, как мне видится, были такими. Сначала, пользуясь безвыходным положением одних и суля новые объемы работ другим, привлекаются субподрядчики. Постепенно начинают появляться средства от непомерно высокого вознаграждения генподрядчика, взимаемого практически за голое посредничество. Это позволяет приступить к приобретению собственной техники.

Затем мелкие субподрядчики «выдавливаются», и на ряде объектов уборки генподрядчик начинает управляться собственными силами. То есть зарабатывать уже не 22, а все 100 процентов. В случае, если средств на экспансию и тут не хватает, некоторым субподрядчикам «Радострой» просто перестает платить, а затем также занимает их место.

Таким образом, за довольно короткое время из фирмы, у которой в активе есть только выигранный аукцион, появляется крупный участник рынка ЖКХ.

Я не знаю, каково было сальдо «Радостроя» к 30 июня 2013 года (дате окончания полугодового контракта), но думаю, что дела шли не так уж плохо.

Дело в том, что расходы на уборку города, хоть формально и не относятся к «защищенным» статьям бюджета, в действительности также воспринимаются и учитываются руководством города как первоочередные. Сразу за выплатой заработной платы и налогов с нее. То есть город – достаточно аккуратный плательщик. А это в наше время – самостоятельная ценность. Поэтому такого рода контракт – желанная добыча.

Конечно, многое здесь мною упрощено, но я и не утверждаю, что схема работы «Радостроя» была именно такой. Однако на основе имеющихся сведений она представляется мне более чем вероятной.

Продолжу.

Как стало известно на первом зимнем заседании суда (со слов Николая Степанова), «Радострой» предпринимал и обходные маневры для получения бюджетных средств.

Из сказанного выше понятно, что на получение 100% сумм, предусмотренных муниципальным контрактом, генподрядчику рассчитывать не приходилось. Где-то снег просто не сгребался, где-то сгребался, но не вывозился, а где-то за «Радострой» работали другие: либо бесплатно, либо за счет средств других бюджетов.

Тогда появилась новая тема: «Радострой» начал настаивать на выделении ему субсидий за сверхнормативный, вызванный погодными условиями, вывоз снега. Привозились на подпись акты, в которых, как вежливо выразился Николай Степанов, «были видны явные следы подделки». В чем они выражались?

Регистрационные номера некоторых машин либо не подтверждались, либо одни и те же единицы техники фигурировали на разных объектах одновременно. Или зафиксированные в документах объемы перевозок на снежной свалке не принимались.

Но даже между такими странными бумагами иногда попадались совсем необычные: например, о вывозе снега где-нибудь в Гаврилов-ямском районе. Эти работы, заверил Николай Степанов, не были ни приняты, ни оплачены...

1 декабря потерпевший Сергей Шмелев на заседании не присутствовал, поэтому его комментариев пока не последовало.

Однако не удивляйтесь, я не уверен, что они так уж необходимы. Дело в том, что (опять ссылаюсь на Степанова!) потерпевший Шмелев не является ни руководителем, ни сотрудником ООО «Радострой». Только учредителем. То есть он отвечает по обязательствам общества лишь в пределах своего вклада. В пределах 10 тысяч рублей.

К иным темам, затронутым во время допроса Николая Степанова, я вернусь позднее.

Продолжение следует.

P. S. Суд еще в прошлый вторник начал выбиваться из графика: во вторник вместо четверых свидетелей были допрошены только двое. Директор департамента социально-экономического развития города Ирина Константиновна Громова отсутствовала по уважительной причине. Скорее всего, суд заслушает ее показания 10 декабря.

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
7
Читать все комментарии
ТОП 5
Мнение
Как бить жену правильно и почему все зря набросились на имама из Казани, который этому учит
Галеева Венера
Мнение
«Полжизни подвергаются влиянию липкого налета»: действительно ли нужно чистить зубы дважды в день?
Лилия Кузьменкова
Мнение
Россиянка съездила в Казахстан и честно рассказала об огромных минусах отдыха в соседней стране
Виктория Бондарева
экскурсовод
Мнение
Уголовное дело губернатора и скандальный доклад депутата. Как мы прожили неделю в Ярославле и области
Кристина Геворкян
корреспондент
Мнение
Не хочешь — заставим: журналистка ответила депутату, предложившему закрепить главенство отца в семье
Екатерина Бормотова
Журналист оперативной редакции
Рекомендуем