«Убил батюшку ради монастырской кассы»: в суд поступило 319 томов по делу об убийстве игумена

Громкое дело о зверском убийстве настоятеля монастыря в Ярославской области получило продолжение. Спустя несколько лет расследования, поиска подозреваемого убийцы, уголовное дело поступило в Ярославский областной суд. Размер его внушителен — 319 томов. — В Ярославский областной суд сегодня поступило уголовное дело в отношении Александра Авдеева, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьёй 105 (убийство, сопряженное с разбоем), статьёй 162 Уголовного кодекса (разбой, совершенный в особо крупном размере с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего), — сообщили в пресс-службе Ярославского областного суда. — К производству дело пока не принято. Что произошло Напомним, что 7 июля 2016 года в собственной келье в Переславле-Залесском было найдено тело убитого священника, которым оказался игумен Даниил. Комната вокруг была залита кровью, а у батюшки — перерезано горло и множество ножевых ранений по телу. В деле было два подозреваемых. Первым в розыск сразу был объявлен повар-послушник Александр Шулешов, который пришел в монастырь недавно. Новый повар попал под подозрение, поскольку покинул монастырь внезапно. И его исчезновение совпало с днем убийства батюшки. Позже его отпустили. Дело оказалось непростым: полиция предлагала миллион рублей за любую информацию об убийстве, следователи снимали отпечатки пальцев у нескольких сотен ярославских священников. Задержать подозреваемого Александра Авдеева удалось лишь в 2019 году. Он сознался, что убил батюшку, чтобы украсть из монастырской кассы миллион рублей (украл 1,1 миллиона рублей). На допросе Авдеев сказал, что потратил деньги на личные нужды. Известно также, что в августе 2018 года он был приговорен к шести годам лишения свободы за аналогичное убийство. О батюшке Данииле Батюшку в монастыре вспоминают и оплакивают до сих пор. — При каждой встрече расплывались в улыбках, пара слов, пара шуток, как условный знак «свой-свой»… — вспоминает протоиерей Андрей Кульков. — Вроде и нет человека с тобой напрямую рядом, а он рядом, пусть и не на первом плане. Если мы и говорили, то мало, вскользь. Ясно, что главное не в словах. Это когда ты с человеком, что называется, «на одной волне». Это если человек молится. Если он доброго Духа. А отец Даниил таковым и был. С ним и помолчать было хорошо, не тягостно. Есть такая тишина, осенняя, светлая, чистая. Она была в его глазах, в его душе. А еще меня заражала его энергичность, твердость. Не нахрапистость, какая бывает у некоторых «православных», а интеллигентная твердость, целостность. Такому человеку не нужно повышать голос и даже менять интонацию. Ценность слов обеспечивалась личностью в целом. Спортивная осанка, крепкое мужское рукопожатие. Легкая походка духовно свободного человека. Красивый был человек… Был… Страшно это сказать про отца Даниила.