«Работы много, хорошей — мало»: какие изменения ожидаются на рынке труда в Ярославской области

После нескольких лет острого дефицита кадров рынок труда в Ярославской области начал постепенно меняться. Работодателям стало чуть проще подбирать персонал, а соискателям — сложнее конкурировать за отдельные позиции. При этом в одних сферах людей по-прежнему не хватает, а в других — вакансии закрываются за считаные дни, иногда даже часы.

Какие отрасли сегодня испытывают самый острый кадровый голод, почему не всем IT-специалистам удается найти работу так быстро, как раньше, и как зумеры меняют правила найма — эти и другие вопросы редакция 76.RU обсудила с директором Северо-Центрального региона Hh.ru Ириной Котусенко.

— Ирина, как бы вы сегодня оценили рынок труда в Ярославле и Ярославской области? Какие ключевые тенденции отметили бы?

— Ситуация в Ярославской области в целом не сильно отличается от общероссийской. 2025 год стал неожиданным и для соискателей, и для работодателей. Если говорить о периоде с 2021 года по 2024 год, то и вся страна, и Ярославская область жили в условиях острого дефицита персонала по большинству профессиональных сфер и отраслей.

В эти годы, по данным Hh.ru, средний уровень конкуренции в Ярославской области колебался от 3,2 до 4,2 человека на одно рабочее место. С января 2025 года показатель начал расти и достиг уровня 4,5, что, впрочем, укладывается в норму для рынка труда.

— В каких сферах сегодня наблюдается острый дефицит персонала в Ярославской области?

— Можно выделить три ключевые отрасли. Первая — это производство и рабочий персонал. Вторая — медицина и фармацевтика, где ситуация до сих пор остается сложной. И третья — розничная торговля.

Продавцы и кассиры крайне востребованы. Думаю, многие замечали, что в гипермаркетах всё чаще устанавливают кассы самообслуживания: работодатели фактически отчаялись найти достаточное количество персонала и начали активно автоматизировать процессы. Я, например, с удовольствием ими пользуюсь и никогда не стою в очередях. Как говорится, нет худа без добра.

— Как обстоят дела с заработными платами? В каких сферах они растут быстрее всего?

— Здесь прослеживается очень интересная закономерность: рост зарплат напрямую зависит от дефицита кадров и навыков, которые здесь и сейчас требуются работодателям для решения задач. Когда работника сложно найти, основной способ привлечь его — предложить более высокую оплату труда. Именно поэтому остродефицитные профессии показывают наибольший рост зарплат.

На первом месте в Ярославской области — врачи. Рост заработных плат в этой категории составил порядка 200–241% к 2024 году. Средняя предлагаемая зарплата в 2025 году достигла 90,4 тысячи рублей.

На втором месте — водители: у них рост составил около 160%, а медианная предлагаемая зарплата — 129,8 тысячи рублей.

Существенный рост также показали курьеры, операторы производственных линий и пекари. Иначе говоря, все специалисты, которые работают руками и крайне востребованы рынком, зарабатывают заметно больше. В целом по Ярославской области медианная предлагаемая зарплата за год выросла на 15% и составила около 89 тысяч рублей.

— В последние годы заметно вырос престиж IT-профессий. Создается ощущение, что многие массово пошли осваивать программирование в надежде на высокие доходы. Насколько это направление остается актуальным сегодня?

— У соискателей есть шутливая присказка: «Работы много, хорошей — мало». У работодателей она звучит зеркально: соискателей много, а профессиональных — недостаточно. IT-сфера никуда не исчезла и по-прежнему остается одной из самых востребованных и у соискателей, и у работодателей, но она заметно трансформировалась.

Часто бывает так, что человек прошел курсы по Python и уже считает себя программистом, но работодатели смотрят не только на конкретный навык, но и на весь профессиональный путь и реальный опыт работы.

Это как раз отражает навыкоцентричный подход, когда важна совокупность навыков и практического опыта. Формальное образование при этом уходит на второй план, гораздо важнее то, что человек действительно умеет делать и в чем он является экспертом.

— Зумеров часто упрекают в том, что они не готовы к переработкам и жестким рабочим условиям. Насколько это соответствует реальности?

— Безусловно, каждое поколение отличается от предыдущего. Я не могу сказать, что на сто процентов верю в теорию поколений, но определенные характерные черты действительно прослеживаются.

У меня был опыт работы с маркетологом-зумером. С ней было непросто в части соблюдения сроков и пунктуальности, но плюсов у нее было настолько много, что они перекрывали эти минусы. У нее совершенно иной взгляд на задачи, другой полет мысли. Например, когда ставилась задача провести мероприятие про человекоцентричность, она превращала его в полноценный перформанс — и это было круто.

Кстати, один из ключевых вызовов для HR в 2026 году — работа с разновозрастными командами. Нам в любом случае придется научиться объединять зумеров с поколениями X и Y.

— Можно ли сказать, что молодое поколение уже изменило или продолжает менять рынок труда?

— Я бы сказала, что рынок труда изменило не столько молодое поколение, сколько сам дефицит кадров. Именно он повлиял на отношение работодателей к молодым специалистам.

Если посмотреть на демографическую «елочку» Росстата в горизонте до 2030 года, становится очевидно, что самая многочисленная группа трудоспособного населения сейчас находится в возрасте от 26 до 55 лет. При этом поколение, которое приходит им на смену, численно почти в два раза меньше.

Согласно данным Росстата, в перспективе ситуация будет только усложняться: людей на рынке труда станет объективно меньше. При этом мы часто хотим сразу получить готового, опытного специалиста. А молодой сотрудник — это человек, которого нужно обучать, иногда даже воспитывать, и который должен со временем «отработать» те инвестиции, которые в него вкладывает работодатель.

Сложившуюся демографическую ситуацию невозможно быстро изменить — в ближайшие десять лет точно. Даже при оптимистичных сценариях она не решается оперативно.

В результате востребованность молодых специалистов в Ярославской области за последние годы заметно выросла. Причем спрос увеличивается и на ребят без опыта работы: компании готовы брать таких сотрудников и целенаправленно «выращивать» специалистов под свои задачи.

— Мы уже частично затронули тему будущих тенденций. Можем подробнее остановиться на том, что будет актуально в 2026 году?

— 2026 год, на мой взгляд, будет достаточно интересным. Если в 2025-м ключевым фокусом для работодателей стало удержание персонала (как следствие дефицита кадров в период с 2021 по 2024 год), то в 2026 году акценты смещаются.

Удержание профессионалов по-прежнему остается важным, но фокус переходит на производительность труда. Компании будут всё чаще задаваться вопросом: как повысить эффективность текущих сотрудников? Что можно автоматизировать в бизнесе, какие программы внедрить, чтобы облегчить жизнь и ускорить процессы.

Это, на мой взгляд, закономерный и правильный переход к более зрелой экономике и зрелому рынку труда. При этом речь не идет о сокращении людей. Сотрудники останутся востребованными, но с акцентом на цифровые навыки и способность быстро осваивать инструменты, которые повышают производительность труда, в том числе ИИ.

Еще один важный тренд — работа с HR-брендом. Мы живем в открытом информационном пространстве, где репутацию компании можно как очень быстро испортить, так и существенно усилить. Даже небольшая организация может быть крайне привлекательной для соискателей, если о ней хорошо говорят на рынке труда.

И третий тренд — это тотальная автоматизация процессов. Всё, что можно автоматизировать и для чего уже существуют решения на российском рынке, в ближайшие годы будет активно внедряться.