Финансовые аферисты и их секреты

Методы финансовых мошенников с каждым годом становятся все более изощренными. Появилось множество новых схем отъема у граждан денежных средств и в них активно используются психологические приемы обработки жертв, чему особенно способствует низкий уровень финансовой грамотности населения нашей страны. Как распознать жуликов и о каких рисках нужно помнить, окунаясь в мир инвестиций, рассказал директор СРО НП «МиР» Андрей Паранич. – Андрей Владимирович, как вы считаете, почему в России, несмотря на все усилия, по-прежнему распространено финансовое мошенничество? – Борьба с мошенничеством идет с переменным успехом. Во время кризисов ситуация ухудшается. Так было в 1998 году, так было в 2008 году, это происходит и сейчас. Жулики постоянно дорабатывают свои схемы работы, что мешает сформировать какие-то единые критерии распознавания нечестных на руку дельцов. Кроме того, они пользуются тем, что финансовая грамотность россиян остается на низком уровне. Несмотря на то, что 26% россиян, согласно опросам, не имеют накоплений вообще, когда дело доходит до мошенничества этот процесс приобретает гротескные формы. Люди, лелея надежду на выход из тяжелой финансовой ситуации с помощью «удачных вложений», не просто отдают последнее, они занимают деньги в банках. Усугубляет ситуацию то, что 36% россиян даже не могут посчитать процент от суммы – им сложно воспользоваться простейшей арифметикой! Еще больше не верят в возможность справедливого урегулирования конфликта с финансистами. Эта убежденность приводит людей к псевдопомощникам. И лишь малая толика россиян жалуется регулятору и в Роспотребнадзор. При этом 60% россиян не готовы нести ответственность за свои финансовые решения. Люди склонны обвинять в проигрыше кого угодно – банкиров, правительство, Банк России, финансовые компании, но не себя. – Но довольно много людей пользуется заемными средствами. Как так? – Цифры говорят сами за себя: согласно статистическим данным, 42% россиян имеют задолженность по кредитам и займам, включая младенцев и стариков. В этом не было бы ничего страшного, если бы не структура и стоимость задолженности. Если в развитых странах преобладает ипотека, то в России – это долги по потребительским кредитам и займам. И если даже сумма долга сама по себе невелика, за счет процентной нагрузки ежемесячные выплаты чудовищно бьют по семейному бюджету. Это серьезная проблема, которая перекликается как раз с тем нежеланием принимать на себя ответственность за решения. То, на что люди тратят свои деньги, порой, вызывает изумление. Зачем покупать телефон последней модели, если ты и так по горло в кредитах и не можешь обеспечить себе существование? Но люди продолжают так поступать, обвиняя потом во всем тех, кто этот кредит предоставил. Россияне не хотят ничего знать – Мошенники на этом и играют? – Это, я бы сказал, благодатная почва для расцвета мошенничества. При этом больше половины населения не желают получать финансовую информацию. Некоторые считают, что им не нужны знания о личных финансах, поскольку или не имеют денег (тогда зачем лишняя информация?), либо уверены в своих познаниях. Многие демонстрируют так называемую «ложную грамотность», когда человек утверждая, что все знает, не может ответить на элементарные вопросы. Согласно данным социологических опросов таких четверть! И многие люди, даже при должном уровне знаний и каналов их получения, не применяет их на практике. К примеру, 68% россиян утверждают, что брать деньги в долг – это плохо. Но тем не менее большинство охотно пользуются кредитами. Все это говорит о том, что люди, которые в самом деле нуждаются в повышении финансовой грамотности, изучать финансовые вопросы не хотят. Мы при поддержке Банка России прорабатываем проект запуска обязательных уроков финансовой грамотности в школах, лоббируем внедрение их по всей стране, чтобы приучать с детства получать и использовать знания по финансовым вопросам. Надеюсь, что через 5–10 лет появится поколение людей, которые будут вести себя по-другому. – И все-таки, пока уроки финграмотности дадут свои плоды, пройдет немало лет. А тех же мошенников как-то нужно разоблачать. На что в первую очередь нужно обращать внимание, чтобы не наткнуться на обман? – Главный критерий распознавания мошеннических схем – это обещание нереальных результатов. Нужно понимать, что если обещания финансового посредника выходят за рамки реалий финансового рынка, скорее всего, речь идет об обмане. Это может быть обман в виде введения в заблуждение в ходе агрессивных продаж, а может и банальный отъем денег. Первое существенно подрывает доверие к финансовым рынкам, поскольку, обжегшись единожды, потребитель на рынок больше не придет. И мы по-прежнему будем находиться в ситуации полного отсутствия внутреннего инвестора – в России почти нулевой уровень инвестиций со стороны россиян, кроме депозитов, что тормозит развитие экономики. Типы инвестиционного поведения на примере утюгов – А выбор жертвы мошенничества зависит и от модели поведения людей? – Да, первый тип – это люди с потребительским поведением. К примеру, человек купил утюг, у которого есть заранее оговоренное свойство. И если этот товар не работает так, как заявлено, он может подать на производителя в суд, добиться правоты и вернуть деньги. С точки зрения финансового рынка под такой тип попадает банковский депозит: есть четкое понимание прибыли и возможность отстоять права. В рамках потребительского поведения не стоит планировать получение высокой доходности. Диапазон возможных доходностей при вложении на банковский депозит – 7–12% годовых. При этом права инвестора защищены Агентством по страхованию вкладов. Потребительское поведение не предполагает, что человек глубоко разбирается в свойствах продукта, в отличие от второго типа поведения – предпринимательского, когда человек берет на себя риски и ожидает некоего дополнительного вознаграждения. Чем больше риск – тем выше вознаграждение можно получить. Но гарантий тут никаких. К примеру, человек покупает партию утюгов для перепродажи, чтобы заработать много денег. А дальше – если утюги оказались бракованными он судится с производителем. Но «предприниматель» не защищен в случае, если не будет спроса на утюги, и он потеряет деньги, когда будет продавать их дешевле закупочной цены. Этот тип поведения характерен для более сложных финансовых продуктов, например акций. Их «производитель», по сути, отвечает только за то, что существует право, зафиксированное на бумаге – ценные бумаги, которые зарегистрированы в Банке России. Но финансовый результат от приобретения акций никем не гарантирован. Если все пошло хорошо, то заработать можно больше, чем в первой, потребительской, модели. Разница в степени защиты и тех рисках, которые на себя принимает человек. А это значит, что он должен хорошо разбираться в том продукте, который он собирается использовать, и в рынке, на который он вышел. Возможная доходность при этом типе поведения – до 50% годовых при условии, что инвестор понимает, что делает, но не является профессионалом. Возможны ситуации, когда вложения приносят убытки. В этом году заработает закон, запрещающий деятельность финансовых пирамид. За привлечение средств от шести млн руб. будет грозить уголовная ответственность до шести лет лишения свободы, за организацию и рекламу пирамид для граждан – штраф до 50 тыс. руб., для юрлиц – один млн руб. Третий тип – поведение игрока. Человек делает ставку, но результат непредсказуем. И даже если он выиграет, то может не получить причитающихся ему денег, и вполне вероятно, что ему не удастся отстоять свои права, даже в суде, поскольку суд не защищает сделки пари, а иначе их не назовешь. Но при этом инвестор рассчитывает получить результат, намного превышающий доходности по банковским депозитам. Очевидно, что игроков не так много – согласно опросам только семь процентов россиян настолько азартны, что втягиваются в процесс независимо от результата. Опыт показывает, что такой тип людей не будет играть, если потенциальный доход меньше сотни процентов годовых. Но нужно понимать, что это как казино, в котором выигрывают только организаторы игры. На длинном промежутке времени в выигрыше только один – организатор системы. Он получает прибыль от тех людей, которые делают ставки. А для подогрева интереса позволяет мелкие выигрыши на коротком промежутке времени. Мошенники ищут людей, склонных к «игровому» поведению и стараются их вовлечь в игру по своим правилам. – А как же профессионалы финансового рынка? В какую категорию входят они? – Профессионал – это человек, который потратил много лет на то, чтобы разобраться в деле, и потенциально может заработать больше 50%. Но возникает вопрос – за счет кого? Когда идет речь о краткосрочных спекуляциях на фондовом рынке, то профессионал получает свои прибыли за счет тех, кто теряет деньги в биржевых торгах. Эта игра «с нулевым результатом», в которой происходит перераспределение денег внутри системы, и выигрывают те, кто лучше подготовлен и более опытен. Потенциальные прибыли могут превышать тысячи процентов годовых, но это или разовые прибыли в результате удачной ставки, или продукт многолетней работы на рынке. Тех, кто способен систематически получать сверхвысокую прибыль от своих операций на рынке, очень мало, что в России, что на Западе – доли процента. – Логика ясна: чем больше риск, тем больше доходность. Как понять, когда ты на грани потери денег? – Нормальный риск не предполагает высокой доходности. Когда мы видим предложение от финансовых посредников с доходностью более 30% годовых, значит, весьма вероятно, что кто-то предлагает нам поучаствовать в некой игре, делая ставки по непонятным правилам. Кроме того, советую помнить еще об одном психологическом аспекте. Исследования показали, что среднестатистический человек принимает решение об инвестировании всего за минуту, в большей степени ориентируясь на личное обаяние своего контрагента. Это решение не зависит от того, какая экономика лежит под предложением. Мошенник солиден, сыплет терминами с уверенностью в том, что говорит, приводит аргументы и внешне очень обаятелен. Минута, и ты уже свято веришь в новое «прибыльное дело». А вот с такими людьми, как Мавроди, срабатывает другая штука – внутренний посыл «Этого лоха я точно обыграю». Человек неряшлив, неподкован, а соответственно, не очень умен, и я смогу его обыграть и вовремя уйти с полученной прибылью. И то и другое – чистая психология, и мошенники на этом играют. – Андрей Владимирович, какие финансовые инструменты соответствуют моделям риск-доходности? – Существует три вида активов: активы с фиксированным доходом, бизнес-активы и товарные активы. Заключая сделку с активом с фиксированным доходом, мы в момент подписания договора знаем результат. Например, при подписании депозитного договора с банком мы заранее знаем ставку по депозиту, при заключении договора займа с МФО знаем процент по договору займа. Вложения в бизнес-активы – это покупка доли в бизнесе или бизнеса целиком. Для частного инвестора – это акции, которые дают возможность участвовать в разделе прибыли или росте стоимости актива. Товарные активы – это в первую очередь биржевые товары. Когда ситуация в экономике стабильная в перспективе нескольких лет, многие инвесторы предпочитают фиксированный доход в силу его предсказуемости. Если нет опасений, что можно потерять деньги на инфляции или рецессии, нет непредсказуемости в поведении цен и стоимости активов – фиксированный доход. Когда экономика растет, но наблюдается высокая инфляция, то предпочтение отдается бизнес-активу, поскольку он дает большую отдачу – пусть и с большим риском. Но когда экономика в кризисе, то бизнес терпит колоссальные убытки. В этой ситуации, стоит подумать о покупке товарных активов. Товар остается товаром, даже если с ценами на него чехарда. Когда в экономике все хорошо, бизнес будет приносить большую прибыль в сравнении с товарами, поскольку большая часть биржевых товаров – это сырье для бизнеса, которое он перерабатывает и продает с учетом добавленной стоимости. Как маскируются мошенники – А если рассмотреть конкретно по продуктам? Допустим, мы решились на фиксированный доход, тогда только вклад? – В России самый распространенный продукт с фиксированным доходом – банковские депозиты. Привычно и понятно для широкого потребителя. Единственный негативный момент – то, что участились случаи, когда у банков при отзыве лицензии часть депозитов оказывается «за балансом». АСВ таких вкладчиков не видит, что чревато для них проблемами. Еще один инструмент с фиксированным доходом – сберегательные сертификаты. Это депозит, оформленный в виде ценной бумаги, но на них не распространяется страховая защита АСВ. Доходность по этим бумагам чуть выше, чем по вкладу – на полтора-два процента, но инвестор принимает на себя более высокие риски. По облигациям ставки выше – 14–15%, но гарантии АСВ и на них не распространяются. Фиксированный доход могут дать и инвестиции в МФО, но и здесь нужно быть очень внимательным при выборе партнера. – Почему появляются финансовые пирамиды, маскирующиеся под МФО? – Ставки по краткосрочным займам в МФО в некоторых компаниях превышают 700% годовых. Это небольшая часть микрофинансового рынка – порядка 15%, но, к сожалению, именно на этот сегмент чаще всего обращают внимание журналисты. Мошенники предлагают следующий вариант «обогащения»: мы будем выдавать займы под 700% годовых, что даст нам возможность заплатить 150% годовых инвесторам. Реальная экономика МФО совсем другая. При ставках по краткосрочным займам 700% заработать можно всего 30–40% на вложенный капитал, поскольку существует целый ряд факторов, снижающих рентабельность капитала МФО, выдающей краткосрочные займы. Во-первых, это больших издержки по выдаче и обслуживанию займа при небольшой сумме самого займа. Чтобы выдать заем в 7 000 руб. нужно проверить кредитную историю клиента, обработать сведения из разных баз данных, оформить договор. Кроме этого, нужно еще заплатить зарплату сотрудникам, оплатить аренду офиса, рекламу. А еще существует риск того, что заемщик вернет заем не вовремя или не вернет вовсе. Соответственно, реальная доходность, которую могут принести инвестиции в действующее МФО на сегодняшний день находится на уровне 27–30% максимум. За более агрессивными предложениями, скорее всего, стоят «строители пирамид», которые соберут деньги доверчивых граждан и скроются. Иногда в рекламе инвестиций звучит заверение, что все риски застрахованы. В реальности страховой полис существует, но понять какие именно риски он покрывает зачастую невозможно. Не забывайте и про законодательные ограничения – размер минимальных инвестиций в МФО составляет 1,5 млн руб. Меньшие суммы имеют право привлекать кредитно-потребительские кооперативы, но в этом случае инвестор должен стать пайщиком КПК и принять на себя солидарную ответственность по всем обязательствам кооператива. – В последнее время появились схемы кредитования р2р. Существует ли риск мошенничества в этих схемах? – Многие из сервисов р2р-займов, то есть когда физические лица кредитуют друг друга напрямую, реально работают и позволяют вложить деньги или, наоборот, получить заем на адекватных рыночным реалиям условиях. Разумеется, p2p-кредитование предполагает, что инвестор (займодавец) принимает на себя риск, что заемщик не исполнит свои обязательства по договору. А еще возможна ситуация, когда мошенник некоторое время маскируется под качественного заемщика, формирует положительную кредитную историю внутри сервиса, в какой-то момент собирает деньги инвесторов и исчезает. В Банке России существует рабочая группа по мониторингу сервисов р2р-кредитования. В США рынок р2р-кредитования весьма развит, и ряд подобных сервисов имеет социальную окраску, позволяя получить заимствования на ведение социально-ориентированного бизнеса по очень низким, а иногда и по нулевым процентным ставкам. Соответственно, и невозвраты редки. В России этот рынок находится на начальной стадии формирования и пока ориентирован в большей степени на потребительское кредитование. – А как можно вложить деньги в бизнес? – Для частного инвестора самый простой путь – это покупка акций. Я бы выделил три группы стратегий инвестирования в акции: пассивные – buy&hold, то есть «купил и держи»; позиционное, при котором создаются портфели исходя из экономической логики действия бизнеса, и внутри портфеля регулярно происходят изменения структуры; активный трейдинг, предполагающий фактически ежедневные операции с ценными бумагами. Первая схема подразумевает, что я купил бумаги на долгий срок (более 10 лет) и не предпринимаю больше никаких действий. В этом случае работают долгосрочные экономические закономерности: доходность хорошо диверсифицированного портфеля складывается из инфляционного роста цены активов и рентабельности производства. При инфляции в восемь процентов и рентабельности бизнеса в три-пять процентов на длинном промежутке времени такой портфель принесет 11–14% годовых. Это выглядит не очень привлекательно в сравнении с банковскими депозитами со схожей прибыльностью при меньших рисках. Позиционное инвестирование может принести большую прибыль за счет того, что инвестор постоянно ищет интересные инвестиционные идеи и вовремя меняет структуру портфеля, продавая одни активы и покупая другие, с большей потенциальной доходностью в данный момент времени. Эта стратегия предполагает ежедневную работу по анализу рынка и перспектив сформированного портфеля. Доходность при этой стратегии может достигать 50% годовых. Следует обратить внимание, что инвестор, инвестирующий небольшую сумму денег на рынке акций (в пределах 1 000 000 рублей), будет сильно ограничен в выборе вариантов вложения денег. Стратегии активного трейдинга позволяют получить прибыль, превышающую 100% годовых, но при этом инвестору придется принять на себя весьма значительные риски потерь. По своей сути, в ходе биржевых торгов происходит перераспределение денег между игроками. Профессиональный спекулянт получает свою прибыль за счет рыночной неэффективности (крупные инвесторы при совершении операций на крупные суммы влияют на ситуацию, формируют рыночные тренды), или за счет менее опытных спекулянтов. Статистика показывает, что устойчивыми заработками в активном трейдинге могут похвастаться лишь несколько процентов спекулянтов. При этом такие трейдеры могут использовать автоматизированные системы и проводить огромный объем операций в течение торгового дня. По данным ММВБ, были ситуации, когда доля спекулятивных операций доходила до 70% от дневного оборота торгов. Золото или биткоины? – Андрей Владимирович, многие считают надежным вложением покупку золота или недвижимости. Так ли они надежны? – Мошенники часто используют золото и недвижимость в качестве прикрытия при завлечении доверчивых граждан в финансовые пирамиды, упирая на то, что золото и недвижимость всегда пользуются высоким спросом. Однако в последнее время цены на золото сложно назвать стабильными. И если посмотреть на исторические данные по ценам на золото с 70-х гг., то можно отметить периоды, когда золото взлетало в цене со $100 за унцию до $800, и после резко опускалось в цене. Да, с 2001 по 2011 год цена на золото росла хорошими темпами – в среднем прибавляя около 24% в год. Но в этот же период было несколько серьезных падений цены, когда за неделю металл мог подешеветь на 25%. Сейчас котировки золота снизились почти на 40% от своих максимальных значений, и, по всей видимости, понижательная тенденция на этом рынке пока себя не исчерпала. Та же история с недвижимостью – движения цен на рынке могут быть очень сильными. Конечно, по сравнению с акциями, цена квадратного метра менее изменчива. При этом очень часто направление движения цен на обоих рынках совпадают. Многие инвесторы покупают недвижимость в надежде получать устойчивую прибыль за счет сдачи купленных объектов в аренду. Однако такой вариант вложения денег в настоящее время проигрывает по доходности даже обычному банковскому депозиту в крупном банке. – Большой популярностью сегодня пользуются виртуальные валюты. Это тоже мошенники? – Самая распространенная сегодня криптовалюта – биткоины. Эффективность долгосрочных вложений в виртуальные валюты пока сомнительна. На мой взгляд, главное достоинство любой валюты – то что она будет использоваться в расчетах в больших объемах. Учитывая, насколько сильно меняются котировки биткоина, можно сказать, что до момента становления этой криптовалюты в качестве широко признанного платежного средства пройдет еще весьма много времени. Сегодня криптовалюты можно рассматривать, скорее, в качестве экзотичного спекулятивного актива.