Ростовские дизайнеры оценили состояние легкой промышленности в России

Легкая промышленность в России демонстрирует упадок: недостаточные мощности, отсутствие кадров и качественного сырья. Это следует из заключений экспертов этой области, которые собрались на круглом столе в пресс-центре «ТАСС Юг». Корреспондент 161.RU поговорил с представителями некоторых брендов, чтобы узнать, с какими трудностями сталкивается на практике отечественный производитель. О наболевшем 161.RU рассказали основательница бренда KRAPIVIYA Елена Толстопятова и основательница бренда Tanar’s Leather Наргиз Беличенко. Вынуждены закупать китайское сырье Производственные мощности KRAPIVIYA находятся в Ростовской области, при этом в работе используются ткани китайского производства. По словам Елены Толстопятовой, отечественные материалы не могут обеспечить необходимое качество продукции, поэтому они вынуждены использовать импортное сырье. Еще одна проблема — отсутствие господдержки малого бизнеса. — Крупные цеха ориентированы на большие объемы производства. Отшить у них партию стоит недорого. Там есть и технологи, и конструкторы, и профессиональные швеи. А нам приходится обращаться в маленькие цеха, которые не имеют необходимого штата, поэтому они устанавливают цены, которые при маленьком тираже оказываются очень высокими, — рассказала корреспонденту 161.RU основательница бренда. KRAPIVIYA (ИП Толстопятова Елена Михайловна) — российский бренд женской одежды из натуральных тканей (крапива, лен, конопля, органический хлопок), основанный в Ростове. Ориентирован на концепцию устойчивой моды и осознанного потребления. Целевая аудитория — женщины 25–60 лет. Елена Толстопятова считает, что в нынешней ситуации необходимо поддерживать средние производства, делать скидки. При этом, по словам собеседницы, без помощи государства тут не справиться. — Пусть цех отшивает, но вот эту дорогую часть — за обращение к внешним технологам и конструкторам — пусть берет на себя, допустим, государство, — высказалась Толстопятова. Субсидий, по мнению эксперта, нашим производителям объективно недостаточно. — У меня субсидия 14%. А при налогах еще 6% с оборота получаются очень дорогие заемные средства. Поэтому, когда помогают, это выглядит как обычный кредит, а не как реальная помощь. В прошлом году нам выделили 200 тысяч на разработку сайта, при том что маркетинг за год обходится почти в миллион, — отметила Елена. Она отмечает, что «хорошую» субсидию дают только начинающим предпринимателям. Однако в первое время они не могут производить одежду такого качества, которое нужно рынку. А для того чтобы запустить грамотный маркетинг, например, в шоуруме, нужно оплатить аренду, работу со стилистами, участие во всех платных мероприятиях, выставках, показах, маркетах, а также создание фото- и видеоконтента. Онлайн-продвижение подразумевает серьезные затраты. Собственник должен платить большому количеству участников этого рынка: блогерам, стилистам, рилсмейкерам, фотографам, администраторам сайтов, пиарщикам. В итоге небольшой производитель одежды тратит колоссальные средства на то, чтобы продать относительно маленькую коллекцию. Такой вот творческий процесс. Если ты выходишь на снижение цены — страдает качество. Конечно, можно выйти на Wildberries или Ozon. Остальные маркетплейсы тебя не возьмут, потому что им нужно высокое качество, — рассказала дизайнер. «Я выставила свой бренд на продажу» По словам эксперта, вся индустрия сейчас убыточна. Оставшиеся дизайнеры работают за счет внутренних финансовых ресурсов и запала. — После показа нового модного сезона я выставила свой бренд на продажу, чтобы следующий уровень предпринимателя, который имеет свою команду и технические возможности, мог взять и развивать этот бренд. Это, скажем так, другая математическая модель бизнеса, я вижу это так. Экономическая ситуация сейчас не позволяет расти, — отметила Толстопятова. Изначально у дизайнера был расчет на средний уровень достатка. Сейчас, по мнению Елены, его уже не существует. Остались либо очень богатые люди, которые покупают мировые бренды, либо те, кто покупает очень дешевые изделия. — Люди сейчас покупают повседневную одежду у крупных российских брендов, таких как, например, Befree, которые делают изделия неплохого качества, разработанные крупными дизайнерами. Поэтому сейчас рынок не про местных дизайнеров, — рассказала основательница бренда. «Выживают единицы» У основательницы бренда Tanar’s Leather Наргиз Беличенко большой опыт работы в легкой промышленности. Дизайнер отмечает, что в нынешней ситуации выживут далеко не все производители. — Я в легкой промышленности с самого начала своей карьеры, уже более 30 лет. Когда-то мы работали и в обувной промышленности, а сейчас ее практически нет. Выживают единицы, и те сталкиваются с проблемами с продажами. Причина в отсутствии государственной поддержки и в том, что китайский объем обуви заходит на наш рынок беспрепятственно, — делится основательница бренда Tanar’s Leather. Tanar’s Leather (ИП Беличенко Наргиз Айдыновна) — бутик‑мастерская из Ростова, основанная в 2020 году основательницами Татьяной и Наргиз. Бренд создает кожаные изделия ручной работы премиум‑класса: сумки разных форм и размеров, аксессуары, а также элементы одежды (портупеи, баски, кушаки и т. д.). По словам Наргиз, в Турции, например, существуют специальные барьеры в виде пошлин. И, конечно, весь китайский объем не сможет зайти на турецкий рынок. Тем самым они поддерживают свою промышленность. — У них ни легкая промышленность, ни сфера перевозок, ничего не заходит из других стран, потому что их производители объединяются и отстаивают свои права, а государство их слышит, потому что это их основной источник дохода, — говорит Наргиз Беличенко. «Почему российские дизайнеры такие дорогие?» Отсутствие весомой поддержки от государства для легкой промышленности сильно сказывается на конкуренции: люди в основном покупают китайские вещи. Российские изделия стоят дороже, потому что наши производители вынуждены закупать комплектующие за границей: фурнитуру, нитки. — Производить что-либо в России — это как выращивать ананасы на Луне. В России не производится фурнитура, и мы вынуждены искать ее везде: в Китае, в Турции, и зачастую это выходит дороже, чем должно. Таким образом, мы поддерживаем производство других стран, — поделилась Наргиз. Основные проблемы дизайнеров сегодня, по мнению Наргиз, это отсутствие ограничений и пошлин для импортных производителей, которые входят на наш рынок. — Они говорят: «Почему российские дизайнеры такие дорогие?» Потому что у нас исходные данные немного другие. Например, я часто бывала в Стамбуле, где на первом этаже продаются комплектующие, а на втором этаже уже отшиваются изделия. А у нас, чтобы закупить материалы, нужно съездить на выставку в другую страну, сделать отборку, заплатить большие деньги за доставку, и по срокам мы можем не успевать, — отметила Беличенко. Также отечественному производителю мешает и некорректная маркировка товаров на маркетплейсах. У недобросовестных продавцов есть тенденция называть обувь из экокожи или заменителей — «кожаной». Это существенно влияет на ценообразование и потребительские предпочтения, объясняют представители легкой промышленности. Покупатель зачастую выбирает более дешевый товар, даже если он не из натуральных материалов. До этого 161.RU писал, что одна из основных проблем легпрома — недостаток кадров. Дефицит связан с несколькими причинами: низкой заработной платой, отсутствием возможностей для обучения и неправильным подбором персонала. — Я понимаю, когда вы, производители, не видите кадров. Они приходят к нам, смотрят, а потом устраиваются работать курьерами за 120 тысяч рублей. Но, поверьте мне, остаются те маленькие звездочки, которые потом сделают новую коллекцию, которую сразу заберут в Москву. Пусть их останется 10 человек, но они будут работать и любить свое дело, гораздо больше дадут продукта. Есть нерадивый работник, от которого больше вреда, а есть тот, который выполняет свою задачу на 100, на 200%, — рассказал директор Ростовского техникума индустрии моды, экономики и сервиса Тимур Папченко. Всего в год техникум принимает 25 студентов-конструкторов швейных изделий и порядка 20 человек, которые хотят повысить свою квалификацию. Такую возможность учебное заведение предоставляет бесплатно. Однако, по оценкам экспертов, региону необходимо 2–3 тысячи кадров для легкой промышленности. Ростовские техникумы не могут закрыть такую потребность. Выжить невозможно По словам президента Ассоциации текстильщиков России, руководителя комитета по легкой промышленности при Деловом центре СНГ Шамхала Ильдарова, проблемы в легкой промышленности есть по всей России. Сейчас покупать зарубежные товары выгоднее, так как отечественный производитель подвергается давлению со стороны государства. — Те, кто продолжают работать в легкой промышленности, — реальные герои, которые верят в обещания, что им будут помогать. А по факту никакой помощи и поддержки нет, и это глобальная проблема экономики, — комментирует корреспонденту 161.RU Шамхал Ильдаров. По словам эксперта, у китайского товара есть господдержка, а нашу легкую промышленность «выкинули на улицу», на самообеспечение, где отечественному предпринимателю приходится выкручиваться. Президент ассоциации уверен, что выжить в таких условиях практически невозможно, нужно оказывать поддержку бизнесу с самого начала, дать ему окрепнуть, а не пытаться спасать область, когда всё уже «высохло». При этом эксперты отмечают, что перенос производственных мощностей наших брендов, например «Глории Джинс», за границу — это «трагедия для стратегического развития легкой промышленности». — У тех, кто шьет спецодежду, всё более-менее ничего. «Глория Джинс», да, ушла шить в другие места, — комментирует 161.RU известный экономист, профессор Московского государственного университета Наталья Зубаревич.