«Отрасль стала убыточной». Крупный регион-экспортер продает пшеницу в Китай, а муку покупает на Алтае — почему так происходит

Статус одного из крупнейших экспортеров Сибири и собственный миллион тонн зернового профицита не делают Новосибирскую область пищевой державой в собственных границах. Рис везут из Таиланда, муку — с Алтая, а собственная пшеница отправляется в долгий путь за рубеж. С чем это связано и прослеживается ли здесь логика, разбирались наши коллеги из NGS.RU. Одни из лучших Новосибирская область давно перестала быть просто житницей Сибири — она полноценный игрок на мировом аграрном рынке. Официальная статистика, которую NGS.RU предоставили в региональном минсельхозе, читается как сводка с полей экономических побед: первое место в России по экспорту гречихи и овса, второе — по ячменю и рапсу, третье — по сое и подсолнечнику. Регион сделал выбор в пользу экспорта высоколиквидных культур, пользующихся стабильным спросом в Азии. Китай, Вьетнам, Саудовская Аравия — вот главные адресаты новосибирского зерна. Кроме того, регион отправляет культуры в Марокко, Белоруссию, Казахстан и Израиль. «В рамках единого экономического пространства РФ Новосибирская область осуществляет как вывоз зерна, так и ввоз на территорию региона в целях обеспечения семенами сельхозтоваропроизводителей, сырьем предприятий перерабатывающей промышленности — для производства муки и крупы», — ответили NGS.RU в министерстве сельского хозяйства региона. Валовой сбор в 2,9 миллиона тонн и профицит в миллион создают тот самый запас прочности, который позволяет не просто кормить себя, но и уверенно торговать, диктуя условия на внешнем рынке. Но эта глобальная вовлеченность имеет и обратную сторону, которая становится заметна, если присмотреться к локальной экономике. Сапожник без сапог Здесь мы и сталкиваемся с главным парадоксом, который часто сбивает с толку обычного потребителя: куда девается вся новосибирская пшеница и почему на полках царствует мука с Алтая? Ответ лежит не в плоскости агрономии, а в суровой экономической логике. Дело в том, что Новосибирская область специализируется на выращивании и экспорте сырья — товарного зерна. Его проще продать крупным оптовым покупателям, будь то иностранные корпорации или мощные перерабатывающие комплексы в соседних регионах. Алтайский край с его исторически сложившейся мощной мукомольной промышленностью выступает таким естественным переработчиком. Для соседей закупить зерно в Новосибирской области зачастую выгоднее, чем наращивать собственные посевы. Для новосибирского агрария продажа зерна партией на алтайский комбинат или на экспорт в Китай — это быстрые деньги и минимум хлопот по сравнению с организацией глубокой переработки, строительства элеваторов и логистики готовой продукции. Это подтвердил Сергей Калиниченко — учредитель компании Onyx, которая занимается оптовой торговлей зерном: в Алтайском крае изначально были созданы необходимые производственные мощности для обработки зерна. При этом он отметил, что на Алтае больше солнца — соответственно, там клейковина, протеин выше, число падения выше, качество пшеницы тоже выше. Кроме того, там растет твердая пшеница, которая идет в том числе на макаронную продукцию. «Ключевое — качество. По качеству Алтай лучше, поэтому там мука всегда была более качественная. Их бренды — „Мельник“, „Алейка“ — стоят дороже, но и качество соответствующее», — объяснил Калиниченко. «В Новосибирской области выращивают в основном пшеницу 3-го и 4-го классов. А мука, которая продается в магазинах и привлекательная для потребителя, — это мука 1-го класса. Для региона вырастить подобные сорта довольно сложно: высокие климатические риски. Наш климат диктует свои правила, делая рентабельным выращивание надежных, но менее ценных классов пшеницы, идеально подходящей для экспортных поставок или переработки в фураж», — согласилась старший научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН Ольга Валиева. Доцент кафедры финансового рынка и финансовых институтов НГУЭУ Эдуард Коложвари согласился с мнением коллеги: новосибирские аграрии выращивают большие объемы зерна, которое востребовано в экспорте. При этом пшеница, заметил экономист, становится менее выгодной, и на полях ее начинает заменять рапс. Сложный климат и отсутствие дотаций Но на этом парадоксы не заканчиваются. Тот же принцип экономической целесообразности объясняет и другой любопытный факт: почему аграрный экспортный гигант одновременно является и импортером? Данные, которые НГС предоставили в Сибирском таможенном управлении, красноречивы: за полгода область ввезла 7,4 тысячи тонн риса из Таиланда и Индии. Это вовсе не значит, что регион не может себя прокормить. Это значит, что он участвует в глобальном разделении труда. Новосибирская пшеница — наш конкурентный товар для мира. А тропический рис — то, что выгоднее и логистически проще импортировать, чем пытаться выращивать в сибирском климате в промышленных масштабах. При этом стоит отметить, что рис в России все-таки растет, но в более подходящих для этого регионах: Краснодарском крае, Ростовской области, Чечне, Дагестане, Калмыкии и Приморском крае. Как указывает Ольга Валиева, за всеми этими стратегиями стоит серьезный вопрос рентабельности и господдержки. «Отрасль в целом стала убыточной с такими ценами на ГСМ и процентами по кредитам. Есть ли субсидии на постоянно растущий в цене ГСМ, компенсируются ли затраты на посевной материал, корма и прочее? Вот этот вопрос является стратегически важным», — заметила специалист. Проблему дотаций подтвердил и Сергей Калиниченко: по его словам, пару лет назад государство предоставляло средства на развитие сельского хозяйства, но затем выплаты ограничили. «Решили, что на всех не хватает, теперь будем давать молочникам. При условии, что они хотят сдерживать цены, надо дотировать. Потому что не бывает что-то одно: либо цена растет, либо дотация растет», — подчеркнул собеседник. Новосибирская область таким образом — не изолированный аграрный анклав, а прагматичный участник международной торговли. Регион вынужден лавировать между климатическими рисками, мировыми ценами и внутренней логистикой, чтобы оставаться на плаву. Похожая ситуация сложилась и на рынке производства молока: при большом количестве соответствующих хозяйств в регионе найти местное молоко на полках магазинов оказывается непросто. Обозреватель NGS.RU выяснил, почему так происходит. Между тем лето уже подходит к концу, аграрии начали убирать урожай. Завораживающие кадры — в фоторепортаже.