Очевидцы гибели «Локомотива» рассказали об авиакатастрофе в Ярославле

Сегодня, 7 сентября, в Ярославле весь день шли памятные мероприятия. В годовщину гибели «Локомотива» болельщики посещали могилы хоккеистов, приезжали в Туношну и к «Арене-2000». Средни них были и те, кто своими глазами видел место крушения. В этом тексте — их воспоминая. «Увидели черный дым» Болельщик Даниил пришел к мемориалу в Туношне с друзьями. Он живет в поселке с детства. Даниил своими глазами видел крушение чартерного Як-42. Днем 7 сентября 2011 года он вместе с другом гулял в Туношне по улице Новой — она в паре десятков метров от места авиакатастрофы. — Я в тот день гулял на Новой. Мне было лет 9 или 8. Я в то время за хоккеем вообще не следил. Когда самолет здесь упал, мы услышали взрыв, увидели черный дым. И мы с другом сюда поехали. Друг приехал с этой стороны [мемориала], тут еще не было ни заграждений, ничего. Я приехал минуты на полторы позже, с другой стороны. И уже полиция ограждала, никого не пускали, — поделился Даниил в разговоре с 76.RU. — Кто-то после этого события перестал следить за хоккеем, а я наоборот — начал. Примчались через полчаса Другой болельщик «Локо», Артур, приехал в Туношну с маленьким сыном. — Тогда было для нас, [болельщиков]: хотели ходить на хоккей, хотели болеть за них. Видели кубок с ними! Много потеряли, конечно, многое. И рухнуло всё в Ярославле 7 сентября. Тяжело, тяжело нам. Пришли вот с ребенком выразить скорбь. Жалко очень. Такую команду, думаю, будет тяжело собрать. Для этого долгие годы должны пройти, — высказался ярославец. Артур рассказал, что 7 сентября 2011 года сразу примчался сюда после того, как узнал о катастрофе. Самолет разбился около 16 часов дня. Через полчаса Артур уже был в Туношне. — Я был на даче, и мне сообщили ребята, что рухнул самолет с командой «Локомотив». Мы приехали сюда, тут всё было уже оцеплено. Мы буквально в 16:35 уже были здесь и с той стороны реки наблюдали за всем, — рассказал болельщик 76.RU. — А почему почувствовали потребность сюда приехать в день катастрофы?— Потому что весь город жил хоккеем. Мы были как одна хоккейная семья, — не раздумывая, ответил Артур. — Все болели, переживали, знали каждого игрока без надписи на футболке.