«Было адски больно»: ярославна победила рак челюсти, но он вернулся спустя 10 лет. Ее история

Благотворительница из Ярославля, 40-летняя Ольга Канавина, больше десяти лет борется с онкологией. Впервые она столкнулась с болезнью в 2013 году — тогда ей удалили часть челюсти и неба. После лечения она вышла в ремиссию и основала фонд «Дети Ярославии».

Спустя несколько лет болезнь вернулась: сначала в виде метастазов в легких, а затем — как новая опухоль в лице в миллиметрах от мозга.

О своем опыте лечения и отношении к болезни Ольга рассказала в интервью 76.RU.

Впервые тревожные симптомы у Ольги появились еще в 2012 году. Тогда врачи долго не могли поставить диагноз и только спустя год выяснилось, что у нее прогрессирующий тип рака челюсти.

«Я молодая была. Молодые, знаете, не думают, что это может быть рак. Эта версия просто отметается. Поэтому я целый год ходила по врачам», — рассказала Ольга.

Изначально врачи предполагали, что опухоль доброкачественная. В Москве ей провели операцию и взяли материал на анализ. Только после этого стало понятно, что образование злокачественное.

«Я вышла из кабинета, где мне сообщили диагноз, и подумала: ну и что делать? Кому звонить? Маме нельзя — ее саму спасать придется. Мужу тяжело. Позвонила брату», — вспоминает она.

Позже семья узнала о диагнозе и начала искать средства на лечение. Родители приняли решение заложить квартиру и продать имущество, чтобы отправить Ольгу в Израиль, где согласились взяться за ее случай. Общая стоимость лечения составила около трех миллионов рублей (по воспоминаниям ярославны, тогда курс доллара был около 35 рублей).

В Израиле Ольге предложили сначала сделать операцию, а после пройти лучевую терапию.

«Сказали, что полностью удалят верхнюю челюсть, небо, пазуху. Я, честно, не представляла, как это будет», — призналась она.

После операции был непростой этап адаптации к новой реальности. Восстановление заняло месяцы. Организм привыкал к тому, что часть лица фактически изменена, а функции дыхания, питания и речи перестроены.

«Я пришла в себя, меня перевели в палату и сразу принесли еду. Я удивилась: после такой операции — и уже есть? В Москве мне после биопсии ставили зонд, лечили антибиотиками, а здесь просто сказали: „Ешьте“. Я всё же попробовала, но поначалу это было очень больно», — вспоминает Ольга.

Несмотря на ожидания врачей, она начала говорить уже в первые дни после операции. Затем была лучевая терапия, на фоне которой состояние ухудшилось.

Отдельной частью восстановления стал протез, который заменил удаленные ткани и кость. Он был необходим для того, чтобы закрыть внутренние полости и восстановить базовые функции.

Через несколько месяцев после операции и лучевой терапии, уже после возвращения домой, Ольга впервые сама сняла протез. Увиденное ее потрясло.

Сейчас ей необходимо прочищать протез после каждого приема пищи.

После лечения наступила ремиссия. Первый год она проходила обследования каждые три месяца, затем — раз в полгода. Позже регулярные проверки у Ольги стали вызывать сильную тревожность, и она на время прекратила наблюдение.

«Я перестала проверяться. Но чувствовала, что у меня всё нормально», — отмечает она.

Правда, в пандемию Ольга переболела коронавирусом. После долгое время у нее не проходил кашель. Сначала она всё списывала на недолеченный ковид. После решила всё же провериться. В декабре 2023 года обратилась к врачу.

«Я позвонила и сказала: „Спасайте меня, я не доживу до новогодних каникул“», — рассказала она.

КТ выявило небольшие метастазы в легких. После этого Ольга прошла бронхоскопию в клинике Хадасса в Москве. Лечение оплатил благотворительный фонд «География добра». Метастазы удалось устранить, стоимость лечения составила 641 тысячу рублей.

После лечения и второй ремиссии Ольга начала регулярно проходить контрольные обследования. Тогда это казалось единственным способом удерживать ситуацию под контролем.

На снимках всё выглядело стабильно, и поводов для серьезных опасений, казалось, не было. Но при этом организм постепенно начал подавать сигналы, которые трудно было игнорировать. В какой-то момент у Ольги начались хронические воспаления: сильные гаймориты, ощущение постоянной заложенности и дискомфорта.

«Мне делали несколько КТ, они только показывали, что у меня очень сильное воспаление», — вспоминает наша собеседница.  

Симптомы постепенно усиливались: онемение щеки, области под глазом и крыла носа. Но обследования долго не подтверждали опухоль.

«МРТ была чистая. Биопсия — отрицательная. Мне говорили, что у меня всё нормально».

Несмотря на это, боли усиливались, и лечение симптомов не помогало.

В конце 2025 года диагноз подтвердили. У Ольги повторился рак челюсти. Она вспоминает, что подтверждение диагноза не вызвало у нее нее шока. Скорее, дало ответ на то, что она уже давно чувствовала.

«Я понимала, что меня ждет. Про операцию я уже не думала, потому что там удалять уже нечего. Только если глаз», — рассказала Ольга.

За помощью в оплате лечения Ольга также обратилась в фонд «География добра». Там в марте 2026 года объявили сбор 1,8 млн рублей.

«Я понимала, что люди могут отнестись к этому негативно: мол, взрослая, сама деньги собирает, зачем это нужно, „пользуется ситуацией“. Я очень боялась осуждения», — признается Ольга.

Эти мысли оказались настолько сильными, что она начала работать с психологом.

«Честно, я три месяца ходила к психологу почти со слезами. Она говорила: „Чего ты боишься, что тебя осудят?“ А я отвечала: „Да“. Тогда она спрашивала: „А что для тебя страшнее — осуждение или то, что тебе могут не помочь?“ И я понимала, что второе. Конечно, я хочу жить», — вспоминает она.

Это стало для нее внутренней точкой опоры, которая позволила двигаться дальше, несмотря на эмоциональную нагрузку.

Сейчас Ольга проходит курс лучевой терапии в одной из московских клиник. Врачи назначили 35 сеансов. План лечения был составлен совместно с профессором из Израиля. Его консультации оплачивались отдельно. Сопровождение иностранного специалиста обошлось в 400 тысяч рублей.

Несмотря на болезнь, Ольга продолжает руководить фондом «Дети Ярославии», который помогает сотням семей с детьми с тяжелыми диагнозами.

Пока она сама проходит лечение, старается сохранять привычный ритм жизни.

В нашем сюжете «Диагноз: жить!» публикуем истории ярославцев, победивших рак.