Александр Трифонов: «Молились, чтобы танк не подвел»

В этом году вся Россия отмечает 70-летие Победы в Великой Отечественной войне. В преддверии 9 Мая редакция 76.ru возобновляет проект «Люди Победы» и продолжает рассказывать о ярославцах, которые сражались за Родину. Совместно с пресс-службой УМВД России по Ярославской области мы представляем серию статей о ветеранах-милиционерах. Наш первый герой – Александр Георгиевич Трифонов. Судьба подполковника милиции в отставке удивительна. Его жизнь, словно цветной калейдоскоп событий и фактов, сложившихся в замысловатые фигуры… Родился Александр Трифонов 28 февраля 1922 года. Воевал, был ранен. Награжден орденом «Красной Звезды», медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За безупречную службу». В органах внутренних дел – с 1946 года. В разные годы возглавлял Красноперекопский РОВД, Заволжский РОВД, оперативный дивизион УВД Ярославской области. Жизнь без черновика 21 июня 1941 г., выпускной вечер в школе №5 г. Ленинска Андижанской области Узбекской республики. Выпускники – нарядные, красивые, слегка ошалевшие от предстоящей свободы и выбора. Счастливые улыбающиеся лица, цветы, вальсирующие пары, слова напутствия учителей… А утром все вдруг исчезло, в их жизнь пришла война. Пришла и осталась на долгие годы… В тот же день вчерашние десятиклассники отправились в военкомат: «Хотим воевать с фашистами!». Черноглазые мальчишки и девчонки хотели защищать свою Родину. Среди них был и 18-летний Александр Трифонов – уроженец Саратовской области, волею судьбы оказавшийся с родителями в Узбекистане. Но мудрый военком не стал спешить: «Убить вас еще успеют, не торопитесь», и направил их в далекую Сызрань, в военное училище малых танков. На войне Ровно год изучал Александр Трифонов боевые машины. И в июле 1942 года ему было присвоено звание лейтенанта. Его, молодого, необстрелянного, отправили в Горький, где шло формирование 38-го танкового полка 3-й ударной армии. Там, на военном заводе вчерашние курсанты получали новые танки и помогали заводчанам, таким же, как они, мальчишкам, собирать их до конца. Там же, на железной дороге, помогали принимать помощь из-за границы – снимали с платформ американские танки. И очень боялись, как бы не пришлось на них воевать – работали они на бензине и в бою горели, как свечки. А вот оснащены были по полной программе: для пятерых человек экипажа (в наших танках было по два человека) в каждой машине был предусмотрен паек и обмундирование. Тогда и разжился молодой боец комбинезоном из тонкой кожи на ондатровом меху. Именно этот комбинезон вскоре спасет ему жизнь... После того, как танкисты обкатали и пристреляли свои машины, в конце сентября их отправили в Ногинск, где полк был доформирован. А затем их ждал Калининский фронт и наступление в сторону Великих Лук. Их танки прошли около 100 км своим ходом, а в конце ноября уже начались тяжелые бои. Начиналась Сталинградская битва, и у Калининского фронта была особая задача – отвлечь вражеские дивизии на себя и не дать перебросить их к Сталинграду. Впоследствии эта задача была выполнена. Едва успев начать участие в военных действиях, Александр Трифонов был награжден медалью «За отвагу» – за взятие одного из населенных пунктов (сейчас ветеран уже не помнит название этой деревни). У танкистов в бою была одна «молитва»: чтобы только танк не подвел и не встал. Иначе ты – мишень, не попасть в которую очень сложно, и тогда верная гибель. Так они прошли с боями около 30 км. Но 2 декабря 1942 г. у деревни Мартыниха в танк Александра Трифонова попал немецкий снаряд. Механик погиб сразу, а молодой лейтенант сумел выбраться из горящей машины. Лежа на замерзшей земле, в бреду видел чудесный сон, как танцевал в зале школы на выпускном вечере… Очнулся, когда его пытались приподнять, и словно сквозь сон расслышал слова: «Этот еще живой вроде…». Оказалось, что его нашла «похоронная» бригада, после того, как он, истекая кровью, пролежал в снегу более пяти часов. Раненый не замерз насмерть только благодаря тому самому комбинезону. Получив тяжелую контузию и слепое осколочное ранение левого голеностопного сустава, он попал в госпиталь неподалеку в деревне Якшино. У него начиналась гангрена, и врач, который его оперировал, строго предупредил: «Если будет распространяться дальше, ногу будем резать по колено и разрешения твоего спрашивать не будем». С момента ранения Трифонов не чувствовал никакой боли. На следующий день после операции в ноге появилась жгучая боль, выносить без крика которую не было сил. И тогда мудрый доктор заверил: «Теперь будешь жить, на обеих ногах». В госпитале ему сообщили, что он награжден Орденом Красной Звезды (затем награда будет долгие годы его разыскивать). В тот же день Трифонова на самолете переправили в другой госпиталь, в город Осташков, вернее, даже не на самолете, а под ним. Под крыло «кукурузника» привязали гамак, уложили раненого и таким образом транспортировали. Впечатления от полета «под крылом самолета» у раненого лейтенанта остались на всю жизнь. А еще через 10 дней он был эвакуирован в Ярославль. Госпиталь находился в 53-й школе, и там раненый уже на костылях самостоятельно забрался на четвертый этаж. Спустя две недели направлен в Казань в госпиталь, который находился под покровительством жены американского президента Элеоноры Рузвельт. Там он лечился до мая. А после выдали новое обмундирование из английской шерсти и отправили в Москву. В Москве же неожиданно открылась рана на ноге, и он снова оказался в госпитале в Лефортове, из-за чего не попал на Курскую дугу. После лечения в августе 1943 года Александр Трифонов был признан ограниченно годным и направлен в Пушкинское танковое училище, эвакуированное из Ленинграда в Рыбинск, где обучал молодых бойцов до конца войны. Кончилась великая война. А сразу после ее окончания Александра Трифонова, как и многих других его ровесников, ждала неожиданная демобилизация. Мирной стране не нужно было такое количество военных. Предстояла другая жизнь, к которой необходимо было привыкать. Из танкистов в милиционеры Не добившись восстановления на службе, Александр очень переживал. Но в октябре победного года в его жизни произошло еще одно событие – он женился. Супругой стала Нина Чебоксарова, к тому времени закончившая речное училище, и получившая распределение на Астраханский военный завод. Но в Астрахань она так и не попала, осталась с любимым супругом в Рыбинске. К тому времени Александру Трифонову поступило предложение занять должность второго секретаря рыбинского горкома комсомола, которое он принял. Но, возвращаясь домой, встретил старого знакомого, рассказавшего, что работает в милиции: «Вот где сейчас ты нужен, и служба интересная, не чета горкомовской». Так Трифонов пришел служить в милицию. Начал с должности помощника оперуполномоченного уголовного розыска Рыбинского городского отдела милиции. Послевоенное время было страшное – оружия осталось множество, им и пользовались преступники всех мастей. Беспризорники, бандиты, воры… Довольно часто приходилось применять оружие и милиционерам. Так, у станции Лом был застрелен армейский дезертир Миронов, ранивший пятерых сотрудников милиции. Служба в милиции для Трифонова была делом новым, и обучался он на ходу. К тому же довоенная десятилетка в то время считалась хорошим образованием. У остальных в отделе образование было всего лишь пять классов. Два года отработал Александр в розыске, а затем перешел на службу в БХСС – ловить спекулянтов и взяточников. И в 1949 г. его перевели в Ростов на должность старшего оперуполномоченного БХСС городского отдела милиции, где он прослужил еще три года. В 1952 году в Ростове расследовалось дело о хищениях денежных средств в Горторге, жена Александра Георгиевича в то время работала в этой структуре. Именно поэтому капитан милиции ушел из БХСС. И стал следователем следственной группы Ростовского городского отдела милиции. А через год перспективного сотрудника пригласили в Управление области – следователем следственного отдела. Орден Красной Звезды нашел его через 12 лет А еще через два года он был назначен на должность заместителя начальника следственного отделения УМВД области и направлен в Горьковскую школу милиции. Через год, получив диплом об отличном окончании этого учебного заведения, А. Трифонов оставил свою фотографию на Доске почета. Именно там ему сообщили, что с войны разыскивает его орден Красной Звезды. Орден вручили в Ярославле, через долгих 12 лет после представления к награде. По возвращении Александра Георгиевича назначают на должность начальника 4-го отделения милиции Ярославля. А через два года именно майор милиции Трифонов возглавил новый отдел внутренних дел исполкома Красноперекопского района, созданный после объединения трех отделений, расположенных в Закоторосльной части города. Очень сложной была задача создать единый коллектив, объединив сотрудников разных отделений одной целью. И это удалось – в районе были высокие показатели раскрываемости, а отдел – на хорошем счету. Спустя четыре года Александра Георгиевича, как опытного руководителя, неожиданно переводят начальником Заволжского РОВД. Три года он ездил на службу на другой конец города. В то время еще не было моста через Волгу, а ходили только два пароходика. Опоздавшие переправлялись по железнодорожному мосту пешком, зимой – по льду. Работы было много, ответственности тоже. В 1962 году Александр Георгиевич закончил Высшую школу милиции в Москве. Казалось, все складывается нормально. Но тут в его жизнь вмешался случай, круто ее изменив. Как-то вечером двое сотрудников Заволжского РОВД, получив сообщение о грабеже и приметы подозреваемых, отправились на поиски преступников. И в предполагаемом месте встретили двух молодых людей, которые при виде милицейской машины побежали. Милиционеры бросились догонять. Почти догнав одного и пытаясь схватить, милиционер сбил его с ног. Беглец упал, поцарапав себе лицо. Догнали второго, но когда стали выяснять, оказалось, что эти двое никакого отношения к грабежу не имеют, а побежали, так как просто испугались милиции. Бывает и такое в милицейской службе. Парней отвезли домой, извинились. Но оказалось, что это дети высокопоставленных партийных работников. Тех сотрудников уволили, в отношении них сразу возбудили уголовное дело, которое затем было прекращено. А Александра Георгиевича освободили от занимаемой должности… Но профессионал без работы не остался. Александра Георгиевича пригласили на службу в дорожный отдел милиции Северной железной дороги, сначала начальником отделения БХСС в линейном отделе, затем – старшим оперуполномоченным уголовного розыска и старшим инспектором штаба. Девять лет жизни отдал транспортной милиции подполковник Трифонов. Служба в оперативном дивизионе В 1973 г. начальник УВД Ярославской области А. Д. Макаров предложил Трифонову возглавить оперативный дивизион УВД Яроблисполкома. Еще в 20-х годах в Ярославле был создан отдельный кавалерийский эскадрон при Управлении рабоче-крестьянской милиции, который после войны переименовали в дивизион наружной службы милиции УМ УМГБ, да и в последующем он менял название не один раз. В 60-е годы лошадей на службе заменила техника. А в начале 70-х в состав дивизиона уже входили мотовзвод, конвойный взвод, и отделение по охране камер предварительного заключения. В мотовзводе было 30 мотоциклов, по два человека – экипаж и около 20 водителей, работающих в управлении на автомашинах. В конвойном взводе было более 100 человек. Отделение по охране КПЗ состояло из 10 человек. Большой коллектив и огромная ответственность. Александр Георгиевич принял это предложение. Дивизион располагался во дворе УВД, где ежедневно в сопровождении оркестра проходил развод. Создателем и бессменным руководителем дивизионного оркестра был Александр Дмитриевич Михалев. Это было очень красивое зрелище – не каждое милицейское подразделение даже в то время могло похвастать собственным оркестром. Силами оперативного дивизиона обеспечивался правопорядок на территории Ярославля и в особых случаях – на территории области. По городу ежесуточно дежурило до 20 нарядов на мотоциклах. Тщательно отрабатывалась расстановка сил, особое внимание уделялось центру города. Дежурства сотрудников мотонарядов были ежевечерними с 16 до 2 часов, суббота и воскресенье всегда рабочие дни. Выходные по скользящему графику приходились на будни. В то время не было ни ОМОНа, ни СОБРа, их роль выполнял дивизион. Так, весной 1974 года бойцы дивизиона на вертолете были доставлены в Некоузский район, где скрывался особо опасный преступник, совершивший несколько убийств. В результате перестрелки бандит был ликвидирован. В то время людей для службы отбирали, кого попало в органы не брали, и желающих надеть милицейскую форму было немало. Нехватка кадров в подразделении в 5% – уже ЧП. Физическая подготовка сотрудников была на уровне, при дивизионе имелась своя лыжная база. Поэтому в зимних видах соревнований они традиционно занимали первые места. Часто выезжали на стрельбища. Техника в дивизионе менялась по мере изнашивания каждый год, без проблем, в горючем недостатка не испытывали – и результаты работы были соответствующие. Ежедневно составлялся план обеспечения общественного порядка в районах и по городу, в том числе и охрана всех массовых мероприятий – футбол, городские праздники, конно-спортивные соревнования и т. д. Ежесуточно сотрудники дивизиона задерживали по пять–шесть человек хулиганов, преступников. Постоянно, совместно с сотрудниками уголовного розыска, работали в общественном транспорте – ловили карманников. Коллектив был дружный и боеспособный, уходили из него только на пенсию, либо на повышение. Три года возглавлял отдельный оперативный дивизион Александр Георгиевич, и, не нарушая традиции, уволился на пенсию. Сейчас преемником оперативного дивизиона является отдельный городской батальон патрульно-постовой службы милиции. Мотоциклы давно сменили автомашины. В милиции появились отряды милиции особого назначения, СОБР… А Александр Георгиевич и на пенсии не сидит без дела, он – заместитель председателя Совета Ветеранов УВД области, передает свой богатый опыт молодым милиционерам. 28 февраля ему исполнилось 93 года. И в этот день его поздравили коллеги из городского батальона патрульно-постовой службы, где он всегда желанный гость.