«Чувствуете, как содрогается дом?»: жильцы аварийного барака в Ярославле ходят в туалет с зонтиками

Дом на Майорова, 4 в Ярославле скрылся за многоэтажками Московского проспекта неподалеку от парка «Нефтяник». Это тихая улица вблизи шумной городской магистрали застроена старенькими двухэтажками послевоенного времени, дом № 4 из которых выделяется особой угрюмостью.

В этом доме три подъезда, а обвалов кирпичной кладки и трещин насчитать можно больше, чем окон. Ответ кроется в том, что дом — аварийный, но в нем по-прежнему живут. Если можно так сказать о здешних условиях.

Не спеша из двери выходит пенсионерка в леопардовом халате и фиолетовых тапках. Это жительница дома — 70-летняя Зинаида. Комнату в нем она купила 14 лет назад за 790 тысяч рублей. Последние пять лет жизни здесь Зинаида сравнивает с адом.

«Всё летит, всё рушится. Я живу одна. У меня сердечная астма и головная ишемия. Дом в 2023 году признали аварийным, а жильцов до сих пор не расселили», — жалуется Зинаида.

Увидеть проблемы можно, не заходя внутрь. На это сразу обращает внимание Зинаида. На углу после третьего подъезда обвалилась кирпичная кладка стены. Со слов жильцов, сам дом из-за это «съезжает» вбок.

«Он не выстоит! — возмущается Зинаида. — Угол уже размывает потихоньку. А там уже всё, камни начинаются. Да хоть один камень вылетит оттуда, и сама конструкция свалится».

А расселять жильцов не спешат. По их словам, в 2025 году прокуратура выиграла суд у мэрии города. После этого расселить жителей обещали до декабря этого же года, но администрация попросила отсрочку на шесть месяцев. Только 1 июня 2026 года новое жилье никто из дома не получил.

Теперь людей просят подождать еще девять лет, до 2035 года.

Хуже всего состояние во втором и третьем подъездах. В первом за порядком следит Светлана вместе со своим мужем. Живет ярославна здесь с 1993 года.

Официально управляющей компании у дома нет. Собственники держат всё в своих руках. Тем не менее платежки приходят, а суммы в них немалые. За коммунальные услуги приходится выкладывать по 4000–8000 рублей. В доме только комнаты, оплата рассчитывается по количеству проживающих в них.

Жильцы объясняют эту проблему тем, что без их ведома комнаты стали числиться, как квартиры.

Из-за того, что дом остался без присмотра, ответственными за все проблемы стали сами жильцы. Вплоть до покоса травы летом и уборки сосулек с крыши зимой. Мотивация простая — не сделали, значит, будет штраф. Штрафуют даже за оставленные прохожими граффити на стенах фасада. Один просчет — наказание в 5000 рублей для каждого жильца.

«Травку не скосили? Заполучите фашисты гранату в свой маленький огородик… Ой, я только сейчас заметила, — останавливает себя Зинаида, — что трещина пошла от окна. Я говорю, я даже не смотрю здесь (на обратную сторону дома. — Прим. ред.)».

Внутри дома проблем тоже навалом. Жильцы стараются поддерживать всё своими силами, по очереди ходят в администрацию, стараясь добиться расселения.

Включая кран на кухне, Зинаида показывает напор воды. Слабая струйка течет с перебоями.

«Вы мне не поверите, но бывает, что воняет навозом», — описывает состояние воды пенсионерка.

Зато хороший напор воды идет из канализационных труб. Правда, плюсов от этого жильцы не получают.

«В комнате, где одежда сушится, ничего не просыхает. Здесь всё с потолка течет, — рассказывает Зинаида. — То же самое в туалете. Сядешь, а там с потолка на тебя потечет, хоть подмывайся сразу. Мы в туалет под зонтиками ходим уже».

Тревогу по поводу постоянных протечек еще месяц назад в соцсетях забила жительница барака Оксана. Во время обильных июльских дождей дом стало топить.

«Примерно неделю назад (в конце июля — Прим. ред.) маленькая девочка пошла в туалет, а ее кипятком обожгло», — рассказывает Оксана.

Сама ярославна в этом доме живет восемь лет вместе с тремя детьми. Из-за сырости малышей не получается третий месяц отвести в детский сад — они постоянно болеют.

«Я ходила в мэрию, спрашивала про расселение. Говорю: „У меня муж погиб, а я в декрете“. Мне предлагают 1 млн 200 тысяч рублей. Они мне говорят, что я многодетная, и мне вообще 450 тысяч положено, а дальше, мол, берите ипотеку. Всё, на этом разговор закрыт, денег нет. Я говорю, что у вас есть 101 квартира по закону маневренного фонда. В ответ: „Вам не положено“», — делится Оксана.

Зимой бед не меньше. Дом не прогревается, а старые трубы не выдерживают.

«В том году зимой лопнули, просто полностью лопнуло всё-всё отопление. Мы вызывали специалистов, а нам говорят, что не будут ничего делать, только платно. Мы просто три месяца сидели зимой в морозильнике. Здесь половину дома, допустим, должников. С кого здесь деньги собирать, что-то делать? Ничего не возьмешь», — жалуется мама Оксана.

70-летней жительнице барака Зинаиде холода и сырость тоже даются с трудом. У нее опухают ноги.

Дому плохо настолько, что стены дрожат, когда по коридорам начинают носиться дети. Здесь их живет семеро. А при атаках БПЛА жители и вовсе боятся за свои жизни.

«У нас здесь всё дрожит. Ощущение, что прямо над нами сбивают. У меня уже крышняк едет от таких условий. Вы чувствуете, как содрогается дом?» — спрашивает пенсионерка Зинаида.

Напротив барака в 2019 году возвели многоэтажку. Со слов Зинаиды, у жителей спрашивали разрешение на постройку. Было условие, что переселят их именно туда. Но новые квартиры никто не получил.

«Когда этот дом строили, еще больше проблем у нас появилось. Наш дом стал разрушаться еще больше. А еще, когда строили, у нас провели собрания, спрашивали разрешения на строительство дома, обещали, что мы туда переедем, но этого не случилось. Зато открыли тут детский центр, родители водят малышей. А нас все боятся, дом стороной обходят», — рассказывает Зинаида.

В мэрии на запрос 76.RU ответили, что расселить жителей сейчас не могут из-за большой очереди. В городе много аварийных домов, с которыми разбираются постепенно.

Власти отметили, что бюджет на 2025–2030 годы распределен. В правительство области направили обращение о выделении дополнительных средств для расселения дома № 4 на улице Майорова.

Вопросы по капремонту решать обязуют самих жителей, предварительно организовав собрание. Такого требуют статьи 44–46 ЖК РФ.

«Инициатором проведения общего собрания может быть любой из собственников помещений дома. Обращений по поводу протекания крыши в мэрии города Ярославля не зарегистрировано», — подытожил замдиректора департамента градостроительства — главный архитектор города Ярославля Артем Цымбалов.

Расселение ждут и жители коммуналок на проспекте Ленина. Дом № 4 разрушается на кусочки, плесень стала привычной деталью интерьера, а остаться без отопления зимой — обычное дело. Мы посещали старейший дом и общались с жильцами. Подробнее о жизни в этой коммуналке можно узнать в репортаже.