«В минус уходит»: как учитель русского языка из Ярославля снимает кино с народными артистами

В кинотеатрах крутят исторические блокбастеры и киносказки, но небольшие провинциальные фильмы о жизни обычных людей до большого экрана практически не доходят. Много ли региональных режиссеров и актеров вы знаете?

Егор Насонов живет в Ярославле и в свои 24 года снял уже 8 фильмов. Он может стать самым продуктивным кинематографистом города. Новый фильм Егора «Прощай, былая грусть» (18+) сейчас находится на стадии проката: его показывают в Ярославле, Переславле, Данилове и Волгограде. В ближайших планах показы в Москве и Санкт-Петербурге. Примечательно, что прокатом Егор занимается сам, без продюсеров.

Зачем он снимает фильмы, почему выбирает сюжеты про нашу повседневность и удается ли сегодня заработать на кино — в интервью 76.RU.

— Ты родился в Ярославле?

— Да, я в Брагино родился и 22 года прожил с родителями на Ленинградском проспекте. Буквально за окном был детский садик, а школа на Громова, 29 — с кадетским уклоном.

— За что любишь этот район?

— Меня многое связывает с этим местом. Для меня Брагино как отдельный мир, такой отдельный город. В детстве я много гулял по району и воображал себе всякие интересные истории, которые хотел бы воплотить в жизнь.

Было тяжело уезжать отсюда, как будто я отрывал от себя часть собственной идентичности. Я чувствовал здесь стабильность, какое-то понятное течение времени, понятный ход жизни. Отдаляться от родного края: от этой улицы, от этого двора, конечно же, было тяжеловато.

«Постсоветская затхлость»

— Ты использовал словосочетание «постсоветская затхлость», чтобы описать стиль своих картин, расскажи об этом подробнее.

Когда ты живешь в этой среде, волей-неволей начинаешь проникаться и видишь здесь какую-то уникальность.

Для меня, как для ребенка, это было одним из элементов того, что впечатляло и одновременно пугало, то есть вызывало не просто радость или печаль, а какой-то комплекс чувств, который рождал новую эмоцию.

Когда живешь в этой среде, она начинает отражаться и в стилистике. Я показываю то, что многим знакомо и понятно, то, что видел с детства и в подростковом возрасте и что меня одновременно и пленило, и отталкивало.

Самое важное — я не хочу, чтобы это пространство, эта «постсоветская затхлость», подчеркивало только негативный нарратив. Чтобы, например, в этой среде происходило какое-нибудь счастье, чтобы зритель думал: блин, они живут в каких-то непонятных трущобах, но при этом они счастливы. Это как может быть?

Я вижу в этом жизнь: мне важно, чтобы это было не стерильно, чтобы было грязно, потому что, когда ты видишь эту грязь, фактуру, ты видишь жизнь.

Был случай: меня позвали на поэтический вечер в библиотеку. Позвал поэт, который в Брагине не живет и считает, что этот район — помойка. Мне как человеку, который тут родился, было обидно; у меня были стихи про Брагино, и я прочитал любовное стихотворение про этот район.

Мне сказали: вот вы написали про Брагино в каком-то неприглядном виде, соединили высокое с низким. Я говорю: так в этом и есть жизнь. Я в этой «помойке» родился, я в этом всё равно вижу какую-то красоту. Так же и с этой постсоветской затхлостью: я вижу в этом красоту. Такой извращенный оптимизм.

— Почему ты делаешь такой акцент на детских воспоминаниях?

— В то время было много маленьких моментов, из которых собирается большое и приятное воспоминание. Ребенком ты только познаешь мир: щупаешь, трогаешь, кусаешь все подряд. По мере взросления он открывается по-другому.

Раньше эта красота, она что-то значила. Я хочу как-то это выразить, эту красоту. Я думаю, что детство — не просто этап становления, а какая-то отдельная жизнь человека. Была одна жизнь, а потом началась другая, и жить нужно уже по-другому.

— Ты считаешь себя взрослым человеком?

— В какой-то степени да, но нужно еще работать над некоторыми вещами. Я считаю, что нельзя полностью взрослеть, потому что когда ты совсем взрослый, то ты очень скучный. Нужно иногда оставлять в себе ребенка, но это не должно нарушать определенные правила в жизни.

Если ты будешь совсем ребенком, тебя за идиота примут. Какие-то вопросы я решаю как взрослый человек, но есть моменты, где я еще ребенок. Не считаю это чем-то плохим.

— Кем ты мечтал стать, когда вырастешь?

— Я хотел быть сначала актером, лет в 9 или 10 изображал сценки всякие. Фантазировал, играл сам с собой, с игрушками. Изображал из себя Питера Паркера, Человека-паука.

Потом резко все сместилось в сторону лирики, поэзии. Начал писать стихи. Сначала это были любовные стихи, посвященные девочкам. Я был влюблен в одну девчонку и написал первое любовное стихотворение. После этого понеслось, начал писать про все и вся.

Далее начал практиковать рассказы. Моя учительница по русскому и литературе Елена Николаевна Кувшинова помогла мне раскрыть мой талант в писательстве. Теперь коллега по совместительству, она меня очень поддерживает.

Меня просили, например, написать сочинение на тему. А я вместо сочинения писал целый рассказ. За это мне не одну, а две пятерки ставили. Я понял, что мне интересно это все дело.

Хотел написать роман про пороки общества, но узнал, что я не первооткрыватель. Расстроился тогда сильно, мне было лет 14. Тогда же услышал об авторском кино и понял, что могу быть и писателем, и актером, и режиссером. Я понял, что хочу и то, и то, и то.

Как снимает фильмы

— Расскажи, как ты снимаешь кино, с чего все начинается?

— Есть задумка, идея. Продумываю концепт: какие будут персонажи, основные сюжетные линии. Потом пишу сам сценарий. Он идёт проще, если понимаешь, что хочешь написать — когда не понимаешь, можно сидеть месяцами или вообще годами.

Потом прихожу с этим сценарием к людям, с которыми хочу работать. Если соглашаются, дальше планируем съемки — когда, где, чего, зачем. Когда наступает период съемок, мы приходим на площадку и начинаем работу. Бывает, снимаем сразу — молодцы, а бывает не сразу — не молодцы, переснимаем.

Когда весь материал отснят, он собирается в монтаже. Монтажом занимаюсь я сам, потому что хочу оставлять за собой весь контроль производства. Потом жду, когда стоит показать, договариваюсь о показах, отправляю на фестивали — в общем, занимаюсь тем, чтобы мое кино увидели. На этом цикл завершается.

— У тебя есть образование в этой сфере?

— Вообще нет. Было просто желание снимать. Первое свое кино я снял на обычный смартфон. Путем проб и ошибок постигаю это ремесло.

Я учился и учусь сейчас на филолога, Ярославский педагогический университет им. Ушинского. Это не то образование, которое я хотел бы получить.

— Тяжело снимать авторское кино?

— Очень. Я это делаю своими усилиями, не имею продюсеров никаких за спиной. Самостоятельно собираю команду и отвечаю за все. Даже небольшой команде бывает сложно донести свое видение, потому что не все понимают, что ты хочешь сделать и зачем.

Я стараюсь сохранять мысль, которую хочу донести до зрителя. Не во всех фильмах у меня получается это сделать правильно, но в последних, мне кажется, вышло достойно. Страшно представить, что будет при переходе на новый этап кинокарьеры с внешним финансированием: я боюсь потерять свое авторство, его нужно будет отстаивать.

Сейчас я говорю ребятам: давайте снимем кино. И мы пошли делать кино. Я не задаюсь продюсерскими вопросами о целевой аудитории и почему это актуально в данный момент. Просто хочу сделать высказывание. Как взять, написать стихотворение и все.

В большом киномире нужно будет делать презентации и отчеты, чтобы доказать, что твой голос имеет значение. Я понимаю, что чем дальше, тем тяжелее будет, поэтому рад, что сейчас удается снимать то, что я хочу.

Работа учителем VS кино

— Кино приносит тебе доход?

Работаю в той же школе, где я проучился 11 лет. Через четыре года после того, как закончил обучение, вернулся туда уже как работник. Сначала был педагогом-организатором, а теперь учителем, но я бы не хотел посвящать этому всю свою жизнь.

— Если не кино, то чем еще ты мог бы заняться?

— Возможно, я бы ушел в какое-то другое творчество. Потому что помимо кино я очень сильно люблю музыку. И в большинстве фильмов — не из «Женской трилогии», а из прошлой моей трилогии, «Ностальгической», — вся музыка была написана мной.

О чем снимает кино

— Расскажи про фильмы, которые ты уже снял. О чем они?

— У меня снято две трилогии. Сначала была «Ностальгическая трилогия» — первые мои фильмы. Еще отдельный фильм, который снимал для Даниловской художественной галереи на заказ — документальный с художественными вставками. И вот новая, которую недавно отснял полностью; скоро будет выходить первый фильм из этой трилогии — «Женской».

— Почему трилогии?

— В определенный период жизни я хотел говорить о вещах, которые меня волнуют. Я понимал, что не могу рассказать всё в одном фильме, поэтому снял несколько короткометражек с разными историями, которые связаны одной общей темой.

В «Ностальгической трилогии» упор делается на ностальгию, воспоминания, на сновиденческий стиль. В ней видно развитие меня как режиссера и как личности. Сначала идет фильм «Вечная жизнь», который является моим кинодебютом. Это как некая проба пера. Могу ли я вообще сделать кино?

Потом «Сквозь нежность» — камерная история о матери и сыне, короткометражка, в ней очень экспериментальное повествование, такое фрагментарное. И потом «Мечты о прекрасном» — самая большая на данный момент работа по хронометражу и по вложенным усилиям.

Она самая сложная и в моральном, и в физическом плане. Потому что я делал эту картину, чтобы справиться с потерей бабушки в конце 22 года. Я снимал год: с марта 23 по февраль 24, и в сентябре 24 она была опубликована.

Фильм не собрал каких-то бешеных просмотров, я бы даже сказал, что он очень тихо прошел. На публичных показах многие зрители отмечали очень точно переданные ощущения утраты. Это была некая работа над собой, работа над травмой, которую пытаешься пережить с помощью кино.

— Почему дальше решил снимать «Женскую трилогию»?

— не нужно было сделать что-то новое, отличающееся от того, что я делал ранее. «Ностальгическая трилогия» — это, по сути, трилогия обо мне, автопортрет.

После этого мне нужно было отойти от себя и поговорить о ком-то другом, о другой половине. Если раньше я говорил о мужчине, то теперь мне захотелось поговорить о женщине.

Бабушка и мама больше других занимались моим воспитанием. Они меня учили, прививали ценности, которые повлияли на мое мировоззрение. Поэтому мне захотелось показать женскую сторону в кино и захотелось изучить её — посмотреть, как те проблемы, которые я переживаю, переживала бы женщина, девушка.

Фильм, который 26 ноября будет опубликован, «Прощай, была грусть», рассказывает о взаимоотношениях между отцом и дочерью. Вечная тема отцов и детей, уже заезженная до дыр, но хотелось посмотреть на нее со стороны женщины.

Весной 2027 года выйдет фильм «Несколько случайных мгновений» — более приземленная, бытовая история. Она будет отличаться от других моих фильмов даже визуально. Это более зрительское кино.

Последний фильм называется «Ожидание», я пока не говорю, о чем эта картина, но думаю, что равнодушных не будет.

Заслуженные артисты соглашаются сниматься бесплатно

— У тебя снимаются профессиональные актеры?

— В моих первых фильмах играли знакомые, друзья и ребята из студенческого театра. Традиции я не изменяю, до сих пор их приглашаю. В «Женской трилогии» начали играть профессиональные актеры.

В «Прощай, была грусть» отца в старости сыграл народный артист РФ Виталий Львович Стужев — театральный актер, который имеет за плечами богатый опыт как в театре, так и в кино. Он любезно согласился принять участие просто задаром. Для меня это большая честь, что такой артист увидел в этой истории нечто ценное.

В «Нескольких случайных мгновениях» сыграли актеры Волковского театра Руслан Халюзов и Сергей Карпов, актриса Ярославского камерного театра Ольга Казакова, молодые артисты, которые закончили наш театральный институт: Егор Шульга, Артем Абросимов и Дарья Годлевская.

В третьем фильме — Елена Ивановна Сусанина, ей уже 90 с лишним лет, а она до сих пор работает в Волковском театре. Большая актриса, ее участие для меня тоже большая честь. Кроме нее в фильме сыграла актриса ТЮЗа Алла Кормакова.

— Где посмотреть твои фильмы?

— У нас с друзьями есть творческое объединение Three Birds. Мы занимаемся производством и распространением художественных произведений. Наша задача — делать кино и любое другое художественное медиа. На ресурсах Three Birds (ВК и YouTube) можно бесплатно посмотреть мои фильмы.

Пока мы делаем только свои проекты, но у нас большое желание развиваться. К сожалению, в нашем регионе туговато с заказчиками. Тут всем требуется политический или рекламный контент. Художественным независимым кино или музыкальными клипами мало кто интересуется.

— О чем ты будешь снимать дальше?

Я хочу снимать полнометражные фильмы. Потому что то кино, которое мы сейчас сделали, должно найти своего зрителя, выстрелить, и нужно будет двигаться дальше. Я думаю, что перерос короткометражки, у меня очень много концептов для полнометражных фильмов.

Есть истории, в которые я вкладываю себя, свой личный опыт и переживания, но они универсальны и будут доступны любому зрителю. Это будут фильмы, в которых есть пространство для того, чтобы поразмыслить.

— Зачем ты этим занимаешься?

Я хочу своими фильмами исцелять. Чтобы та боль, которую я проношу, приносила людям исцеление. Я хочу своими фильмами пробуждать людей. Делать так, чтобы они начали понимать, любить, ценить. Это такие вещи, которые должны быть главными в человеке.

— Каким ты видишь себя через 10 лет?

Хорошим режиссером, которому еще есть что сказать. Надеюсь, что так оно и будет.