SHAMAN: «Микрофон в штанах — это вопрос безопасности жизнедеятельности артиста»

Ярослав Дронов, известный как певец SHAMAN, перед концертным марафоном в Петербурге рассказал «Фонтанке», что такое патриотизм, кто в доме главный, где сейчас его дреды и зачем во время концерта он засовывает микрофон в кожаные штаны. Вероятно, когда-нибудь историю восхождения этой звезды российской эстрады будут изучать в университетах будущие пиарщики. А пока его пресс-служба официально заявляет: «Не верьте ничему, что говорит о SHAMAN кто-то, кроме самого SHAMAN и Коробкова-Землянского». Так что «Фонтанка» выяснила, что за человек такой Ярослав Дронов, у него самого. Если коротко: профессионален в музыке, аккуратен в суждениях, склонен подчиняться кошке. — Сегодня вы выпустили новую песню со словами «Самый русский хит — про мою грустную душу». Что же это, получается, русский — значит грустный? — Обычно я исполняю песни собственного сочинения, а именно эту написал не я. Но не смог пройти мимо нее, исполнил и сделал свой вариант аранжировки. А вопросы по словам и по музыке надо задавать авторам, а не мне, наверное. — Так что значит быть русским — по вашему мнению? — Мне кажется, что это значит находиться на своем месте и делать свое дело с полной отдачей. Я музыкант и поэтому делаю это в творчестве, выражаю в музыке свои мысли. Зритель мне за это благодарен, и это взаимно. — А чем закончилась история с жалобой на песню «Я — русский»? Вы знаете, кто на вас пожаловался? — Ни имени, ни фамилии этого гражданина я не знаю. И кажется, эта история еще не закончилась, по-прежнему же выходят новости об этом. — А сам документ эпохи, ваша объяснительная, где сейчас? — Я ее отправил по почте на адрес МВД, как меня и попросили сделать. — Если бы вы знали имя, домашний адрес и телефон человека, который нажаловался, что бы вы сделали? — История не терпит сослагательного наклонения. Как говорит Владимир Владимирович Путин, если бы у бабушки был детородный орган, она была бы дедушкой. Здесь можно только фантазировать, но лучше опираться на факты. Я же не знаю этого человека. —Так что бы вы ему сказали, если он прочтет это интервью? — Я же ответил на этот вопрос, а вы заходите на второй круг, и это делает вам честь как журналисту... —...до которого не доходит с первого раза... — (Смеется.) Ну... да. Очень не хочется поддаваться фантазиям. Это мир призраков, а я живу здесь и сейчас. — Почему вы избавились от дредов? Это же был самый узнаваемый атрибут вашего образа. — Дреды — всего лишь форма укладки. Это же из моих волос было сделано. У меня за всю мою жизнь были самые разные прически: каре, японский хвостик, как у самурая, челка длинная косая, просто длинные волосы и короткий ежик, я и лысым был. Некий этап жизни закончился. Когда наступил новый, 2023, год, я подумал, что это хороший повод поменять прическу. Это же как одежда, нельзя постоянно ходить в одном и том же. — А после того как эти дреды были срезаны с вашей головы, куда они делись? — Храню в кульке. На полочке. — Серьезно? — На самом деле, да. Я их не выбрасывал. После съемок клипа как остались лежать на полке, так и лежат. Даже не было времени подумать, что с ними делать. — Кстати, про песню «Исповедь». На протяжении всего текста лирический герой обращается к Богу, говоря: дай мне то, дай мне это. Но ведь на исповеди это человек должен «давать»: каяться, рассказывать, где и как согрешил. Почему тогда «Исповедь», а не «Просьба» или «Молитва»? — Я же не прошу что-то конкретное. «Жизни осилить дорогу» — это не «дай мне денег побольше». Там звучат такие мудрые просьбы, чтобы достойно прожить эту жизнь. Это — исповедь перед людьми, я оголяю свою душу перед народом в этой песне. — Все люди грешны. А в чем главный грех Ярослава Дронова? — Это очень интимная для меня тема. Такие серьезные вопросы всуе не хочется затрагивать, это нужно делать в церкви со своим духовным наставником. — А если без конкретики, в общем? Для кого-то это чревоугодие, для кого-то — гордыня. — Повторюсь, это очень личная тема, к которой даже мои самые близкие люди не допущены. Это мои внутренние переживания. Но то, что я посчитал нужным сказать, то, что я попросил в этой песне для себя, наверное, это то, чего мне не хватает. — А Великий пост вы соблюдаете? — К сожалению, нет. Я постоянно нахожусь в дороге, а путникам даются некоторые послабления. Все-таки нужны силы, и немалые, чтобы отдавать энергию и заряжать людей. Поэтому мое питание и образ жизни остаются прежними. — А концерты в Великий пост — это правильно? — Концерты — это способ поднять дух людей, зарядить их положительными эмоциями на добрые дела. В этом я вижу свое служение и делаю это с полной отдачей. — Как вы представляете себе свою аудиторию? SHAMAN — в первую очередь для девушек, для бабушек или для брутальных мужчин? — Этот вопрос меня поначалу очень заботил. Я тогда считал, что, если пишешь песни профессионально, надо делать это с оглядкой на аудиторию. И это было ошибочное мнение. Позже я понял, что начинать надо с себя. Ты просто пишешь честную музыку от сердца, и те, кого она зацепит, и есть твоя аудитория. Мне кажется, если посмотреть на зал на любом моем концерте, аудитория скажет сама за себя. Срез огромный. Есть и дети, и их мамы с бабушками, а процентов 30–40 в зале — мужчины. И это здорово. — Вы оберегаете свою личную жизнь от внимания публики. Что вы почувствовали и, возможно, сказали супруге Елене, когда она на пятилетие вашего брака опубликовала пост в соцсетях и рассекретила себя? — Я бы не сказал, что я держу свою личную жизнь в тайне. Просто стараюсь не делать на этом акцент, это разные вещи. И супруга тоже не скрывалась. Зачем скрывать то, что официально зарегистрировано? Это же нелепо. Как только появился красивый повод об этом заявить, пятилетний юбилей нашего брака, мы с удовольствием это сделали. Потому что действительно начались какие-то слухи. А слухи — это сомнения. — Но вы у себя в соцсетях при этом заявлений не делали, а клип, который вы в те дни опубликовали — «Вороны мои», — совсем не романтический. — Этот клип вышел 10 ноября, за день до юбилея. Но моя супруга — самодостаточный человек, и поделиться поздравлением в соцсетях — это было ее решение. А мои соцсети — для творчества. — А песня и клип «Ты — моя» — про вашу жену? — Мне бы хотелось, чтобы каждая женщина, которая слушает эту песню, думала, что это про нее. И когда я покидаю дом и выхожу на сцену, вся моя музыка и песни принадлежат людям. Я никому не запрещаю любить ни себя, ни свое творчество. — Кто в семье главный? — В нашей семье главная... кошка. У нас есть кошка породы эльф по имени Барси, она лысая абсолютно. И всё в нашем доме строится вокруг нее, она нами управляет, обезоруживая своей милотой. — Важный вопрос для женщин, на которых давят возрастные стереотипы. Можно ли говорить про максимально допустимую разницу в возрасте, если в паре женщина старше? — Мне сложно сказать. В моем союзе я старше. Потому что мне не 31 год, а лет под 60. Я считаю себя внутренне далеко не молодым человеком. — Как так получилось? — Когда мне было лет 15, я устроился работать певцом в ресторан. Понятно, какая публика меня там окружала: это мужчины, которые старше меня лет на 20, а то и 30. И мне всегда было интересно с ними общаться, а им — со мной. Сейчас в моей команде нет людей, которые были бы моими ровесниками, по паспорту все они старше меня. Но при этом всеми процессами управляю именно я, потому что точно знаю, куда мы идем. Важны не физические параметры, а зрелость духовная. — Вы сами придумали свой имидж и все свои костюмы. Нет ли влияния аниме в образе SHAMAN? — Я ни одного аниме ни разу в жизни не смотрел. Ни одного мультика, честно. Я вдохновляюсь русским костюмом, тем, как он развивался. Возможно, раньше это не так читалось, но в новой программе у меня новый образ. И в нем есть элементы разных эпох: гусарский китель, майка в форме кольчуги, сапоги. Костюмы я по-прежнему придумываю сам, а шьет их по моим меркам портниха. Там же надо множество деталей продумывать, начиная с того, что ткани не должны мяться, чтобы костюмы в турах держали форму. — Насчет кожаных штанов вопросов нет — смотрятся круто. Но зачем вы всё время засовываете в них микрофон? — А куда еще его засовывать? — Ну вы же можете заказать штаны с кармашком или со специальной петелькой? — Я об этом еще не думал. (Смеется.) У меня были попытки прятать микрофон под мышку. Но тогда он падает. Недавно был случай, когда я не засунул микрофон в штаны — и повредил себе указательный палец. До сих пор синяк остался. Это произошло на ЦСКА Арене. Я держал микрофон в руке и показывал второй рукой людям, что надо хлопать. И отбил себе палец, ушиб случился. А вот если бы микрофон был в штанах в этот момент, может быть, травмы не произошло бы. Так что микрофон в штанах — это вопрос безопасности жизнедеятельности артиста. — Снова о серьезном. Что такое патриотизм? Бывает патриотизм правильный или неправильный? — Это и правда серьезный вопрос, который требует экспертной оценки людей, которые занимаются этим профессионально. А я человек хоть и публичный, но не являюсь экспертом в этой области. Я просто могу писать песни и делать это честно. Есть ли у меня право рассуждать на тему, в которой я не специалист, но при этом имею авторитет и влияние на людей? Я думаю, нет. — А что такое патриотизм лично для вас? — Это те слова, которые есть в моих песнях. Свою позицию как творческий человек я высказываю в музыке. А любовь к своей стране, к Родине — это самая высшая форма любви. Потому что так ты любишь одновременно миллионы и десятки миллионов людей, а не только своих близких. — Недавно президент подписал закон о защите русского языка от иностранных заимствований. Вы говорили, что ваш псевдоним SHAMAN пишется английскими буквами, потому что пользователям интернета, в том числе иностранным, так проще искать его. Может быть, пора перестать под них подстраиваться, пусть учат русский алфавит? — Мое творчество действительно слушают по всему миру. Но вопрос не в этом, а в самом устройстве интернета: он построен на латинице, а не на кириллице. Я — выходец из интернета, мое творчество распространялось через соцсети. Те, кто обо мне еще не знает, будет узнавать обо мне через интернет. Знаете, есть такая фраза: «Всё было в общем-то неплохо, пока не стали улучшать». Так что если что-то работает, то пусть это работает и дальше. — Комик Александр Гудков сделал пародию на песню «Я — русский». После этого на Гудкова обрушилась волна ненависти, он даже на какое-то время уезжал из страны. А как вы относитесь к пародиям на свое творчество? — Я к пародиям прекрасно отношусь, потому что чем их больше, тем больше людей узнает о моем творчестве. И для меня это только в плюс. Послушав пародии, кто-то заглядывает в мои соцсети, чтобы послушать уже мои песни, и остается со мной. А потом еще приходит ко мне на концерты и там громче всех аплодирует и поет песню «Я — русский». Это хороший способ дополнительного продвижения. Пародии же делают люди, которым, очевидно, небезразлично мое творчество. И к Александру Гудкову это тоже относится. У его ролика было под семь миллионов просмотров. И благодаря ему большое количество людей узнало обо мне. Мне кажется, со стороны Гудкова это такая фанатская любовь, только со знаком минус. А минус, как известно, можно легко поменять на плюс. И наоборот. — А вам было смешно, когда вы посмотрели эту пародию? — Мне — нет. — Ваше творчество уже изучают в школах. Чувствуете себя живым классиком? — Это преувеличение. То, что дети в школах слушают и поют мои песни, — личная инициатива отдельно взятых людей, которым мое творчество небезразлично. Но нужно понимать, где я и где действительно великие люди, которые внесли огромный вклад в культуру. Конечно же, я не чувствую себя классиком. Но зато я чувствую себя живым. — Ваши любимые классики? — Булгаков и Достоевский. А любимые книги — «Мастер и Маргарита» и «Идиот». В «Идиоте» Рогожин и князь Мышкин — вроде бы противоположности, но мне почему-то кажется, что это один и тот же человек с раздвоением личности. И Настасья Филипповна на самом деле одного человека любила, но иногда он становился кротким, блаженным, а иногда от страсти мог и зарезать. — А вам кто из них ближе? — Мне из всех героев романа больше всех Настасья Филипповна нравится. Она там всех по местам расставляет. Женщина с характером, с огоньком.